Белый шиповник и черные ягуары

То, что дар Инсы, как было очевидно с самого детства, вряд ли будет большим, его тоже не очень-то беспокоило. Но вот Икен — другое дело, Тинс мечтал о том, что его сын и наследник станет рунстихом, для чего надо было быть магом хотя бы второй категории.

Сам Тинс, имея изначально вторую категорию, к тридцати годам успешно достиг первой и полагал, впрочем, вполне обоснованно, что и у сына будет такой же уровень дара. Ведь дети обычно наследовали дар одного из родителей и по виду, и по уровню, причем девочки чаще наследовали дар матери, а мальчики — дар отца, хотя бывали и исключения.

Но, когда Икену исполнилось десять лет, отец начал беспокоиться, что проявления магических способностей у сына слишком слабые. Напрасно все специалисты заверяли его, что какие-либо серьезные выводы можно делать не раньше чем ребенку исполнится двенадцать, и напоминали о том, что у мальчиков магия обычно проявляется позже, отец не успокаивался и начал искать способы подстегнуть рост уровня магии у сына.

Всё случилось в МанСаури* (*день летнего солнцестояния), когда мама с Инсой отправились на выходные в Стадстрен навестить бабушку с дедушкой, а Икен остался дома, потому что съел что-то не то и маялся животом.

Инсе тогда было пятнадцать, и её переходный возраст был в самом разгаре. Поэтому никто не удивился, когда, поссорившись с тринадцатилетним двоюродным братом Иртом, сыном тети Ерли, она заявила, что возвращается домой. Мама отнеслась к происходящему спокойно — не в первый раз и, выдав Инсе деньги на дорогу, осталась у родителей, разумеется, заручившись обещанием дочери, что, добравшись домой, та сразу же позвонит, что доехала благополучно.

Добраться из Стадстрена в Баскельт можно было двумя путями: на поезде или на автобусе. На автобусе было быстрее, на поезде — удобнее и дешевле. Поэтому Инса выбрала местный поезд ближнего следования, подсчитав, что оставшихся денег ей как раз хватит на мороженое.

В Баскельт она приехала в начале шестого вечера и не спеша направилась в уютное кафе «Шарик», где просидела, смакуя большую порцию мороженого, в которую собрала свои самые любимые сорта: шоколадное, клубничное и ванильное, больше получаса — в «Шарике» использовались специальные охлаждающие содержимое креманки, так что можно было не торопиться.

В общем, домой она вернулась почти в половине седьмого.

Ни отца, ни Икена дома не оказалось.