На все ответ - один адепт

Бесполезно, так как подобные проклятия относятся к чарам общего спектра и установить конкретного виновника можно лишь в первые несколько минут, но уже через сутки нитей, ведущих к магу, не останется. Поэтому подобные чары обычно применяются ночью, когда жертва не может заметить изменения в собственной ауре и оперативно отследить их источник. Впрочем, если жертва достаточно сильна либо богата, чтобы позволить себе защитные артефакты, общее проклятие легко нейтрализуется. Разумеется, если оно накладывалось без ограничивающего условия и с малым вложением сил.

Если же ради сыпи, икоты или прыщей на лице будет совершенно полноценное жертвоприношение по двенадцатому параграфу, то даже они станут смертельно опасны.

Магистр хмыкнул. Упоминание двенадцатого параграфа не прошло мимо его ушей, но в учебниках для первого курса действительно имелся раздел о жертвоприношениях и последствиях подобных ритуалов.

— Хорошо, — наконец кивнул он, когда пауза стала затягиваться. Ани не торопилась продолжать без указаний, а Аркант обдумывал есть ли еще что-то, что следовало бы осветить в рамках отработки.

— Полагаю, я не дождусь вашего присутствия на факультативе?

— Отчего нет. — Ани покачала головой. — Но не просите меня даже в шутку кого-то проклинать. Особенность… нашей семьи в том, что любое сказанное сгоряча пожелание практически всегда превращается в проклятие, потому для всех будет лучше, если мои знания останутся сугубо теоретическими.

— Хоть вам и не было бы равных на службе его величества, — заметил Аркант.

— Я не служу, я лишь оказываю услуги, — хмыкнула девушка, как и магистр, вспомнив о вмешательстве сильных мира сего в судьбу «простой» адептки.

— Можете идти, — позволил магистр, поднимаясь со стула для посетителей одновременно с девушкой и провожая ее до самой двери. — Разумеется, если у вас нет причин задержаться.

— Их нет, — подтвердила Ани, оборачиваясь и заглядывая в глаза магистра. — Как и у вас нет причин задерживать меня.

Магистр, казалось, не был с ней согласен. Тонкие губы недовольно поджались, но оснований для того, чтобы и дальше задерживать адептку, у мужчины действительно больше не имелось.

И, верно, они бы так и продолжили смотреть друг на друга: Ани — выжидающе, Аркант — подбирая аргументы, — если бы в дверь не постучали.

— К вам посетитель.

Ани кивнула на дверь.

— Идите, — позволил, отворачиваясь, темный. И Ани бы последовала его совету, протиснувшись мимо замершего на пороге гостя, если бы не одно «но». Посетитель не стал ждать.