Сказки с потолка. Миф – линза, фокусирующая реальность в точке максимального смысла

– Что теперь плакать, когда столько воды утекло, – укоризненно проговорила ванна, – но погоди отчаиваться. Посмотрим, что скажет мастер.

Мастер покрутил кран в руках, посмотрел на него внимательно и пробормотал:

– Будет ещё работать, как новенький.

Потом взял какую-то резинку, паклю, перевязал ему рану, прикрутил кран на прежнее место, и тщательно протер тряпочкой.

Кран засиял, как будто заново родился, выпрямился, заурчал, забурлил и воскликнул:

– Ах, как хорошо! Ну где же вода, дайте воду, я сейчас просто взорвусь от радости!

Но, поймав неодобрительный взгляд ванны, вдруг осёкся, и увидел, как стекают в сливную трубу его недавние горькие слёзки.

Крякнул кран, как будто что-то внутри у него надломилось, загудело, забурлило, заклокотало, дрогнул он всем своим телом, откашлялся, а потом из горлышка хлынула вода – сначала ужасно грязная, а потом чистая, прозрачная.

– Прости, подруга, – сказал, наконец, кран ванне дрожащим голосом, – теперь, наверное, я снова возьмусь за старое и буду лить воду.

– Нет, – с улыбкой ответила ванна, – кто лил слёзы, тот не может лить воду.

Улыбнулся кран такому ответу, и вдруг увидел, что прямо под ним уже набралась полная ванна воды, а в неё забирается весёлый карапуз. Вода булькала, плескалась, пузырилась, брызгала во все стороны, а кран почему-то был так счастлив, что на какое-то мгновение ему показалось, что и на него льётся что-то тёплое и ласковое.

– Что это? – поразился кран, осмотрев всё вокруг сияющим взглядом, – что это как будто на меня льётся?

Но он ничего не увидел, а только ясно почувствовал, что на него излилась любовь.

– Вот так чудо! Мне бы так лить! – воскликнул кран, – и, обрадованный своим внезапным открытием, тихонько сбрызнул малыша струйкой тёплой воды.

Небесная утварь

Кухонная утварь всё никак не могла понять, почему её называют утварь. У всех имена как имена, а она вдруг утварь. Что за название? Да ещё прибавляют «всякая там». Всякая там утварь.

– Никакая я не всякая, – горько думала утварь, – а вполне даже конкретная.

– Да уж, не повезло тебе с именем, – прогудел стоявший рядом холодильник, громко хлопнув дверью.

– Вот бы встретить того, кто меня так назвал, – горевала утварь, – уж я б его спросила почему. И она звякнула двумя висевшими рядом сковородками.

– Да что ты расстраиваешься, – успокоил её как-то противень, – у меня вообще имя противное. Но ничего, живу. Пользу приношу.