Туманы Унарры

Муж захрапел почти сразу, как оказался в кровати. Нет, в Храм, срочно в Храм, и – свобода! Кристиано она в любом случае к себе не допустит, какие бы слухи он там ни распускал.

                – Выглядишь намного лучше, чем под одеялом. – Голос раздался прямо под ухом. – На чем мы вчера остановились?

                Антонелла рассерженно зашипела и подхватила с кровати одеяло.

                – Сегодня мы остановились на том, что идем в Храм и разводимся.

                – Может, еще стучаться надо? – усмехнулся Федерико. – Инорита, вы не забыли: спальня моя, а вы сюда пришли с единственным желанием – мне отдаться. Вот я и иду вам навстречу.

                Волосы у него были мокрые и даже немного приглаженные. Наверное, попытался смыть дурь из головы холодной водой из душа.

                – Неправда, у меня было совершенно другое желание!

                – Инор капитан, к вам… пришли, – последнее слово слуга, вошедший без стука, выговорил после запинки: слишком неожиданным для него оказалось зрелище незнакомой инориты. – Извините, я думал, вы один: Паола-то уже ушла, и злющая. А она вон почему злилась.

                Вошедший рассматривал Антонеллу столь пристально, что у нее появилось неудержимое желание вновь залезть под одеяло и укрыться им с головой.

                – И правильно, эта лучше. И по ночам не орет.

                – Кто там, говоришь, пришел? – попытался уйти со скользкой тем Федерико.

                – Инор Кавальери. Говорит, что-то у него для вас есть по погибшему лейтенанту.

                Мужчины вышли. Антонелла облегченно выдохнула и продолжила одеваться. Заглянула в душ, умылась и прополоскала рот. Собрала волосы в скромную прическу. Осмотрела, не забыла ли чего у временного мужа, а то обидно было бы оставить. Ладно выбросят, а если Паоле достанется? Хватит того, что она, Антонелла, ей двух мужчин уступает. Отрывает, можно сказать, от сердца.