Эльфийский гамбит

Да еще и перед девушкой! Во мне боролись одновременно два желания: хотелось открыть глаза и посмотреть с укором на веселящегося дроу и зажмуриться еще сильнее. Надо собраться с мыслями и вспомнить, зачем я сюда пришла:

– Хотела кое-что спросить. Ты никому не рассказал про раирикан?

– Конечно, нет. Это не в моих интересах, – ответил Флайдин.

– Это верно, – немного успокоившись, сказала я, – но ты ведь мог бы рассказать не по своей воле. Твоя мать была в бешенстве, да и королеве не выгодно, чтобы ты дал мне клятву.

– Ты уже осмотрела меня, пока я спал, – судя по эмоциям, жених надо мной потешался, но голос его звучал ровно, – на теле нет следов пыток. Можешь не волноваться: я никому не сказал и не скажу про артефакт.

– Мало ли, может, не пытали – буркнула я, – а заставили рассказать, шантажируя чем-нибудь.

– Чем, например?

– Ну, пригрозили убить того, кто тебе дорог.

– У меня нет привязанностей, делающих меня слабым, – с презрением заявил дроу.

Слабым? Получается, он и привязанность к своему отцу считал слабостью? Я едва не сказала это вслух. Ситуация выглядела по-дурацки: сама пришла и теперь стою с закрытыми глазами перед голым мужчиной. Надо заканчивать бесплатное представление.

– Это хорошо, что ты не рассказал никому, – я развернулась к жениху спиной, и открыла глаза. – Мне надо идти.

Присев, я нащупала в углу потайной рычаг, открывающий проход в стене, а потом встала на цыпочки, чтобы надавить на часть декоративной отделки.

– Не боишься показывать мне вход в систему тоннелей? – голос дроу раздался совсем близко. Флайдин подошел ко мне вплотную. Он стоял прямо за моей спиной. Голый.

– Прекрати! – прошипела я, – ты ведешь себя, как дикарь!

– Это еще почему? – искренне удивился мой жених.

– Все нормальные люди, даже когда жарко, спят либо в ночной сорочке, либо в пижаме.

– Хочу напомнить тебе, – Флайдин наклонился к моему уху, от его дыхания по коже пробежали мурашки, – что я – не человек.

– Зато я – человек! Я стесняюсь! – приказав себе не опускать глаза, я повернулась лицом к дроу и замерла.

Он улыбался. Улыбка преобразила его лицо: веселые искорки в глазах, чуть приоткрытые губы. А ведь он красивый. Как я раньше не замечала этого? Глаза такие большие, не светло-карие, а именно желтые. Пушистые белые ресницы и такие же белые брови.