Охота на охотника

И Александру понравилось учиться, однако о море он не забывал, и как только представилась возможность…

…ему не мешали.

То ли из опасений, что болезнь вернется, то ли просто привыкли, что он делает, чего душа пожелает. Главное, что «Быстрый» с достоинством принял молодого офицера, Александра Дышина.

…он увидел и край моря, и земли, и людей, эти земли населяющих. Он нырял в горячее море, касался теплого дна и каменных цветов, в котором прятались удивительные рыбы. Он плавал с акулами и заглядывался на касаток.

…чувствовал под ногами палубу китобоя.

Выходил на сизые льды.

Море помнило. Хранило.

…и отпустило, когда пришло время.

- Я не сразу-то узнал, про смуту-то… мы аккурат в Яшмовом заливе зимовали, ждали, когда по северу навигация откроется. Там-то тишина мертвая. После уж прошли проливом Ветров, выбрались по весне к Марсану. А тут новости… революция в Арсийской империи. Бунты. Низложение государя, - отец поднялся и, подойдя к окну, остановился подле него. Оперся могучими руками на подоконник, и показалось, что тот затрещит, прогнется, не выдержав весу монаршьего.

– Следом и о расстреле. Я поверить не мог долго, что оно так вышло, что Николаша допустил…

Его императорское величество стиснули кулак.

- Само собой, я велел собираться, благо, были люди, знавшие, кто я. Да и бритты крепко перепугались. Одно дело смута, кого она не обошла, а другое – революция, небось, у них на островах тоже далеко не все довольны. Помогли перебраться через Капское море, пристать в Гармне… там уже дальше проще.

Связаться с нужными людьми… сложнее всего было убедить Вышняту, что я и вправду нашей крови. Нет, он знал, что цесаревич Александр не помер, как многие говорили, но вот знать – одно, а знакомым быть другое. Ничего, сговорились, а там уже…

…война.

Долгая и кровавая, захватившая весь и без того ослабленный край. Она прокатилась, пронеслась железным зверем, разоряя земли. И длилась, длилась, и не было ей ни конца, ни края. Гуляла казачья вольница, перекидываясь от законного императора к смутьянам и обратно.

Пользуясь тем, что власть ныне у оружных, грабила и мучила.

Не дальше ушли разбойничьи ватаги.

Иные стянулись, объединили одичавших людей, движимых одним лишь желанием – убивать всех.

Ярились смутьяны, силой устанавливая власть свою.

Да и императорские войска отнюдь не всегда могли позволить себе такую щедрость, как милосердие.

- А потому… я долго ждал… я отправил людей раскопать могилу брата… правда, - щека у императора дернулась.