Дракон… и ее библиотекарь

Послала магический импульс — так и есть. Снотворное, в малых дозах нарушающее координацию движений.

Только этого нам не хватало.

Я поспешно вздернула горловину свитера до самых глаз.

— Читал про них, — лаконично ответил эльф, вытаскивая из кармана пижамных штанов носовой платок (чистый!) и закрывая им нос.

Все лучше чем ничего.

— Давайте поспешим, и так задержались, — предложила я, подхватывая рюкзак, и прыгнула на следующую плиту.

Теперь, когда я прикинула размеры, найти точку баланса стало проще. Два шага вперед — плита накреняется, но на нее уже приземляется эльф, возвращая в прежнее положение.

Ушастый разбегается и следует за мной, как привязанный невидимой резиночкой.

Когда под ногами вместо шаткой плиты вдруг оказался обычный камень, я чуть не упала. Замешкалась, и разогнавшийся эльф рухнул прямо на меня, сбивая с ног.

Мы перекатились по неровному полу, так что ушастый в момент падения оказался снизу, принимая спиной каждый торчащий камешек.

Судя по тому, как скривилось его лицо, бедолаге снова придется лечиться. Я еще и добавила, совершенно случайно приложившись лбом о его подбородок так, что клацнули зубы.

Спина зачесалась.

Я передернула лопатками — сиди тихо, не время перекидываться, места мало! Поднялась, попутно вздернув на ноги эльфа, поправила рюкзак и поспешила дальше, не оборачиваясь. И так слышала, как он плетется следом, шаркая тапочками.

— Вы бы хоть представились, — догнал меня его голос.

— Орите «Эй, берегись!» — фыркнула я. — Вам человеческий вариант имени или драконий?

По традиции у каждого дракона — свое собственное, уникальное имя. Но представляться им, приезжая в королевство людей, неблагоразумно. Во-первых, сразу станет ясно какой ты расы, а во-вторых, не все сумеют его выговорить.

В моем случае анамнез отягчался еще тем, что мой отец — чистокровный человек. И жаждал дать мне свою фамилию, как это у них принято.

— Оба, пожалуй, — эльф на самом деле призадумался, но решил не мелочиться. — На всякий случай. Но разве драконы представляются полным именем? Мне казалось, это секрет.

— Секрет это только от тех, кто не знает о нашей природе, — пожала я плечами, не сбавляя шагу. Беседовать, не видя с кем, было неудобно, вбитые правила приличия орали «обернись, притормози», но разум напоминал: не время и не место заморачиваться.