Из рода волхвов

На том и разошлись. Лину неожиданно вызвался сопроводить Вацлав, на что Ян, конечно, вздёрнул скептически бровь. В его благие намерения верилось с трудом, но сейчас ему нужно было заняться другими делами. А потому он милостиво кивнул, решив, что определённую грань даже его нахальный воспитанник переступить не осмелиться. Сам он прошёлся вдоль сельских домов, заглядывая в каждый и осматривая погром, творящийся внутри. Людей уводили силой — это было очевидно. Всё повалено, посуда побита, столы и стулья повалены. Варвары подчистую смели всё, даже домотканые рубахи и пряжу.

Однако больше всего Яна напрягли следы множества ног, которые он заметил неподалёку от тропы, ведущей, судя по всему, в сторону большака. Стало быть, заморские гости были здесь совсем недавно… А, следовательно, и лагерь их располагался, вероятнее всего, где-то поблизости.

— Командир, — вдруг послышался приглушённый голос из-за спины.

Ян непонимающе обернулся и воззрился на Вацлава, который почему-то затравленно глядел на него. И что-то сжимал в пыльной ладони.

— Вы что, уже вернулись? — он напряжённо прищурился. — Где Веселина, Вацлав?

— Я потерял её из виду всего на миг… Прости, Ян, не уследил, моя вина. У куста чертополоха нашёл... это.

В его пальцах качнулся громовой медальон. Тот самый, который он год назад отдал Веселине.

Глава 18

Всё, что Веселина успела заметить перед тем, как свет в её глазах померк, это треклятый куст чертополоха, на поиски которого она потратила столько сил и времени. Далее — пустота и мрак.

Где-то совсем рядом звучали чьи-то тихие и дрожащие голоса. По всей видимости, женские. От страха и непонимания у неё вспотели ладони. Разрази их всех Перун, куда ещё её судьба забросила…

— А ну поднимайся, вижу же, что не спишь, — прозвучало над головой.

Прохладные руки коснулись предплечий и легонько тряхнули, надеясь привести в чувство. Веселина послушно открыла веки, которые казались смертельно тяжёлыми, и затравленно посмотрела на незнакомку с круглым, словно яблоко, лицом. Девица по возрасту казалась ей ровесницей и смотрела на неё усталыми тёмными глазами. Её светлый сарафан был запачкан травой и грязью, а русая коса растрёпано свисала с покатого плеча.