Дыхание ветра

— Вот это новости! Прямо скажем получше, чем пишут в первой колонке! И это как-то сразу поднимает мне настроение, неожиданная радость для меня!

— Папа, не надо злорадствовать! — буркнула я, собираясь выйти из кухни, но отец окликнул меня:

— Постой, Аня! Подойди и расскажи нам с матерью всё.

Я подошла к столу, за которым он сидел, всё ещё держа в одной руке газету, в которой были уже не такие важные новости.

— Что рассказать? — начала я, придумывая на ходу те слова, которые позволили бы мне избежать откровенности.

— Он тебя обидел? Или произошло что-то ещё похуже этого, то, чего я боялся? Ты можешь нам всё сказать сейчас, не нужно ничего скрывать, я всё пойму, ведь не такой уж я монстр, как ты себе навыдумывала.

— Да, доченька, можешь нам всё рассказать. Что тебя мучает? Если произошло что-то нехорошее, мы с отцом всегда поддержим тебя. Мы, ведь, очень любим тебя, Солнышко, — произнесла мама с такой нежностью, что на мои глаза навернулись слёзы.

Я была удивлена тем, как говорили со мной мои родители.

Привыкнув к тому, что папа постоянно на меня орал, а мама вставала на его сторону, я давно решила, что в их понимании я бестолковая девчонка, которая то и дело попадала в неприятности, которую постоянно надо контролировать и направлять, чтобы она не наделала глупостей, и не дай бог не попала в беду. И вдруг на меня обрушился поток такой нежности и любви, что поначалу я даже открыла рот от изумления, соображая, что могло произойти с моими мамой и папой, ведь их как будто подменили.

— Ну, ничего такого не произошло, — начала я, стараясь не заплакать от внезапно нахлынувших на меня чувств и подбирая на ходу слова.

— Просто мы очень разные, и наши отношения сошли на нет. Вот и всё. Ничего страшного, чего вы себе представили, не произошло.

— Так всё просто? И это говоришь ты, которая совсем недавно готова была кому угодно глотку перегрызть за свою любовь? — удивлённо проговорил отец.

— Пап, да всё нормально, — сказала я, отводя глаза в сторону, чтобы он не смог прочитать по ним мои истинные чувства.

— Прошла любовь...

— Ладно.... Это хорошо, — протянул он задумчиво. — Будем надеяться, что это надолго.

— Навсегда... — протянула я и задумалась. А ведь и в самом деле, это навсегда.

Навсегда!

Но мне не хотелось верить. Я всё ещё тешила себя тщетными надеждами, что мы когда-нибудь будем вместе, но, то слово, что я сказала отцу, сжало моё сердце ежовой рукавицей. Ведь это правда. Пройдёт немногим больше месяца, и я никогда не увижу Александра.