Дыхание ветра

Суженные глаза, кривая усмешка сбивали меня с толку.

— Нет, не обманывай меня! Оборотней не бывает! — воскликнула я, закрыв лицо руками.

— Не веришь? Думаешь, я стал бы тебе лгать? — громко, но горько спросил Алекс. — Но тебе придётся поверить. Вот, посмотри на это!

Мне пришлось справиться с собой и убрать руки, закрывающие глаза. Я видела, как он поднял лежащий неподалеку от него камень размером с ладонь и внезапно очень сильно ударил им о выступающую из-под земли часть скалы. Камень рассыпался на мелкие части прямо у него в руке, словно пластмассовая игрушка Ванечки, на которую случайно кто-то наступил.

— Ничего себе! — вымолвила я, но это было ещё не всё. Наверное, камень был раздроблен им для демонстрации другой своей особенности.

Выбрав из обломков самый острый, Алекс внезапно с размаху скользящим движением ударил им по своей ладони. Это выглядело столь ужасающе, что я даже ахнула при виде этого зрелища, уставившись на его ладонь, с которой потёк маленький ручеёк алой крови.

— С ума сошёл? — дрожа всем телом от ужаса, только и могла пролепетать я.

— Я тоже не верил, пока это не произошло со мной, — грустно произнёс Алекс, стирая с ладони кровь и показывая свежий рубец от только что затянувшейся глубокой раны. — Но это реальность, жестокая, несправедливая, с которой невозможно примириться. Это довлеет надо мной постоянно, гнетёт и убивает во мне всё человеческое. Я не могу забыться, не могу расслабиться ни на секунду, схожу с ума, и мне кажется, что у меня прогрессирует шизофрения и паранойя одновременно.

— Так значит, это правда? — с грустью проговорила я. — Может, что-нибудь можно сделать?

— Если бы было можно, то я бы с радостью использовал любую возможность, — проговорил с усмешкой Александр. — Но сделать ничего нельзя.

Моя голова раскалывалась от боли, я коснулась места ушиба и почувствовала, что мои пальцы нащупали что-то мокрое. Поднеся руку к глазам, обнаружила на пальцах кровь.

— У тебя кровь! — в ужасе воскликнул побледневший парень, расширенными глазами уставившись на мою руку.

— Немного поранилась, крови совсем мало. Себя, значит, ранить не боишься! Чего сейчас испугался? — ляпнула я, чтобы разрядить сразу же накалившуюся атмосферу.

— Я не боюсь крови, — проговорил он приглушённо.

— Тогда что — тебе плохо?

— Мутит...

— Тогда не смотри, — сказала я, вытирая руку о сухую траву.

— Если ты не против — я взгляну. Хочу убедиться, что всё в порядке.