Укуси меня, дракон!

На что тут же получила грубый толчок в спину.

– Поторапливайся! – прикрикнул на меня один из жрецов.

К моей огромной радости в гроте мы не задержались, а отправились в следующий проход. Здесь жрецы зажгли факелы уже вручную и взяли их с собой. Что это значит? Внезапная догадка осенила меня. Неужели магия не работает в этой части пещеры? Вот влипла! Нужно было использовать бусину раньше... Тем временем мы свернули в ещё один коридор и оказались в месте, больше похожем на темницу. В стенах были замурованы решётки, за которыми находились небольшие камеры.

Здесь пахло так ужасно, что я поморщилась. К сырости и плесени добавился запах гнили и разложения. Рано обрадовалась, похоже, мой хладный трупик останется здесь навечно.

Один из жрецов достал связку ключей и открыл дверцу. В темницу меня толкнули так, что я коленями пропахала каменный пол. Изверги, чтоб вас! Решётка громко захлопнулась, послышался щелчок запираемого замка. На глаза навернулись слёзы. За что мне это всё?

– Сиди здесь и не высовывайся! – прошипел мне главный жрец, – Подготовьте всё к ритуалу! – приказал он уже своим подопечным.

Жрецы ушли, осталось лишь пара караульных у входа в темницу. Вот чёрт! Кажется, они собираются принести меня в жертву на том алтаре. Если бы я знала, что всё так обернётся, придумала бы что-нибудь ещё на поляне. Но тогда могли бы пострадать Дороти и Сина. Что же делать?

Забралась в самый угол камеры, прижавшись спиной к ледяной стене. Это немного привело меня в чувство. Колени саднили так, что хотелось лезть на потолок.

Кое-как удалось остановить кровь, перевязав их клочками одежды. Я крутила в руках браслет. Попробовала активировать бусину, но та моргнула в руках и тут же погасла. Вот чёрт! С силой швырнула браслет об стену, толку от него мне сейчас никакого. Знал ли Даррелл, что всё так обернётся, когда дарил его мне? Сможет ли он найти меня в этой чёртовой пещере, где даже магия толком не работает?

Караульные о чём-то оживлённо болтали. Прислушиваясь к их разговору, я подползла к самому краю решётки.

– И не мечтай, что Мессир разрешит тебе забрать силу девчонки! – говорил первый, – Скорее всего, он выпьет её сам.

– Как обычно, нам остаются крохи, а ему всех самых одарённых подавай, – возмущённо ворчал второй.

– Тише ты, сюда кто-то идёт! – прервал его первый.

Кто такой этот Мессир? Главный жрец или кто-то вышестоящий? Хотя уже не важно, моя участь неизбежна. Вернулась в угол камеры, они не должны знать, что я подслушиваю.