Обещанная дракону

Но почему она не замечала драконьих искр в его глазах раньше?

Тиа чувствовала древесно-пряный аромат, исходящий от его тела. Она с самого начала решила, что это были духи. Ее даже не смутило, что огромный огнедышащий ящер и человек пахли одинаково. А ведь когда Руланд пользовался магией, запах усиливался.

Это что же получалось, Руланд не бросал ее тогда в горах? Он всегда был рядом? Это он был тем драконом, который относился к ней так нежно и трепетно?

Столько вопросов!..

– Ваше Величество, постель готова, – робко позвала служанка.

Тиа, не отдавая отчета собственным действиям, прошла в спальню, напрочь забыв о ванной. Она скинула с себя платье и легла на мягкие простыни, не в силах перестать думать.

Почему Руланд не сказал ей, кто он? Он боялся, что она его отвергнет? Но ведь он знал, как сильно она его любила.

Она любила дракона? Но завтра прилетит еще один!

Горечь подкатила к горлу. Она не хотела, чтобы ее забрал какой-то непонятный дракон. Она не хотела, чтобы Руланд сражался с ним за нее.

Тиа уткнулась лицом в подушку, заглушая рыдания. Подтянув одеяло к груди, она свернулась в клубок, не в силах успокоиться. Не хватало еще привлечь внимание прислуги, чтобы они, беспокоясь за благополучие королевы, позвали Тобиаса.

*

Тиа стояла на самой высокой башне замка и напряженно вглядывалась в разворачивающее осадные машины войско врага. Крошечные отсюда фигурки солдат сновали между огромными требушетами и баллистами. Судя по масляным чашам рядом с гигантскими камнями, которыми они собирались снова обстреливать город, ничем хорошим этот день не закончится.

Похоже, сегодня столица окончательно сгинет в огне. Возможно, нужно отдать приказ увести людей в подземелья под замком. А еще оттянуть основные силы к внутренней стене. Пусть забирают внешнюю… Жизни солдат дороже.

Настроить требушеты так, чтобы они могли обстреливать замок на утесе, у них не получится. По крайней мере, Тиа на это очень надеялась.

Зверомордые начали очередное наступление перед самым рассветом.

За два часа до рассвета Тобиас ворвался в ее спальню с дурной вестью о начинающемся наступлении, но она и так не спала, не в силах перестать думать о сегодняшнем дне.