Арошка

Он резко опустил на неё кулак, пригвоздив к месту.

— Я вижу ты раскаялась. Поскольку профессор Гасжеротт пострадал больше, чем я, то пусть он и назначит тебе наказание, — выкрутился ректор, злорадно улыбнувшись ненавистному преподавателю магии.

Тролльчиха повернулась к своему второму наставнику и тяжко вздохнула. Стёкла на окнах задребезжали от напряжения. Гасжеротт натянуто улыбнулся и промолвил чуть дрожащим от волнения голосом:

— Придётся тебе Арошка выучить к концу недели все заклинания деактивации магических проявлений, а то…

— Да знаю, — шмыгнула носом тролльчиха.

— Учебник завтра возьмёшь в библиотеке, — поддакнул преподавателю магии Серафим. — А сейчас, дорогая, надо отдохнуть перед завтрашним днём.

— Я пойду? — робко спросила Арошка, поднимаясь со стула.

— Ступай, дитя, — вымученно рассмеялся Серафим, благодаря всех богов разом, что сила тролльчихи пошла на убыль, теперь только и следить, чтобы она случайно не пополнила резервы.

Девушка ушла, профессор Гасжеротт мучительно застонал, щёлкнул пальцами, чтобы справиться с синяком, но было уже поздно, глаз заплыл.

— Давай попробую я.

— Ох, с чего такая щедрость? — ехидно поинтересовался преподаватель магии.

— С того, что не хочу завтра всем по сто раз объяснять, почему ты вышел из моего кабинета с фингалом под глазом, — разозлился Серафим.

— Я не доживу до её выпускного, — Гасжеротт позволил ректору сделать манипуляции над своим лицом.

— Ой, да прекратите жаловаться на свою жизнь! — возмутился Серафим, профессор взвыл от боли. — Завтра, так и быть, возьму вас с собой на приём к королю, чтобы вы на своей шкуре почувствовали, кому в Университете хорошо живётся.

Профессор Гасжеротт притих, ректор, наконец-то, устранил последствия урагана и фингал под глазом. С фонтаном получилось хуже, плавник торчал не с того места, а голова рыбы смотрела не в ту сторону.

— Я завтра всё поправлю, — заверил Серафима профессор, и они с чувством выполненного долга отправились по домам.

Неделя выдалась дождливой, серые тучи затянули небо над Эльфоградом, заставив жителей распрощаться с тёплыми денёчками. Тианэль тяжко вздыхала, выглядывая каждый вечер в окно, будто от этого что-то могло измениться. Арошка старательно заучивала заклинания деактивации, их было немного, но такие заковыристые, что сводило зубы.