Айдест. Истинная для альва

– Хочу убедиться, что с тобой все в порядке, что Айрест не оставил на тебе следов… – тихо прошелестел Айдест, а потом поднес ее ладошку к своим губам и медленно облизал каждый пальчик.

Боже, кажется, эта была самая интимная ласка, самая порочная и самая пугающая.

Девушка попыталась вырваться, но альв так крепко сжимал ее запястье, что казалось ее проще отрезать.

Его тяжелое дыхание обжигало кожу, а язык выписывал невообразимые узоры… Сладко тягуче медленно… Порочно и дерзко. Пробирая до дрожи. Казалось, еще чуть-чуть, и она растечется лужицей.

Отдастся ему прямо тут, на коне, наплевав на присутствие других существ. Да в этот момент она могла думать лишь о нем, о его умелых движениях, обещающих ей безграничное удовольствие.

Ее собственный тяжелый вздох и последовавший за ним стон показался каким-то чужим, жалобным и одновременно таким мучительно-сладостным, будто это не она, а какая-то девчонка из дома удовольствий.

Именно это отрезвило, а вовсе не жадный поцелуй чуть выше ее запястья на участке оголившейся коже… Вовсе не его учащенное дыхание и раздевающий взгляд.

Софи дернулась и вырвала руку.

– Что ж, нам лучше побыстрее ехать в ваше поместье, пока вы окончательно не заболели, – просипела Софи и сама не узнала свой голос.

Она натянула повод, цокнула на лошадь и поехала вперед по дороге.

– Почему вы решили, что я болен? – усмехаясь, поинтересовался Айдест.

Не в бровь, а в глаз! Девчонка права. Он действительно болен… Болен ей! Айдест чуть не рассмеялся своим мыслям, а девушка уловила его сдавленное хмыканье.

Его пара, его радость… Ох, Светлоокая, дай ему сил дождаться вечера!

По его венам растекалась лава. Он еле сдерживался. Айдест хотел Софи до умопомрачения, до боли. Нет, не просто хотел! Он хотел, чтобы она стала его женой, чтобы каждый встречный знал, что она принадлежит ему! Он хотел любить ее, целовать каждый кусочек ее кожи, пробовать ее на вкус, слышать ее сладкие стоны. Да даже просто находиться рядом с ней было бы для него счастьем, но сначала ему необходимо привязать ее к себе всевозможными способами, чтобы никто никогда не смог претендовать на нее… да даже смотреть косо и допускать непотребные мысли! Софи принадлежит только ему!

И это он? Тот, кого называют бессердечной, холодной тварью?

Айдест удивился своим мыслям.

Кажется, прошло всего несколько часов с момента их встречи, а он уже сходит с ума. Удивительно, как преображает зарождающаяся связь с парой. Возможно, кто-то бы испугался на его месте, но Айдест радовался.