Рыбья Кровь и княжна

Оставив с дозорными дубицу и теплые плащи, липовцы поплыли в обратный путь.

– Что, прямо здесь и будем переправляться? – с сомнением поинтересовался Копыл, полусотский арсов. – Ведь коней тоже придется везти, вплавь не доплывут.

В Черный Яр они прибыли, когда уже совсем рассвело. На причале их ждал обеспокоенный своим самоуправством гонец:

– Князя Дарника воеводы просят пожаловать на совет.

– Передай, что я переношу совет на вечер, – ответил Рыбья Кровь, вместе с воинами направляясь к лошадям, чтобы ехать в Вересень.

– Не успел прибыть, а уже такую обиду им нанес! – то ли восхищался, то ли осуждал Корней, идущий рядом.

– Вторая обида будет, когда узнают, что я уже и место переправы выбрал, – усмехнулся князь, по пути оглядывая хазарский город.

По сравнению с Казгаром Черный Яр выглядел гораздо беднее, что объяснялось просто: торговые пошлины хазары брали в другом городе, ниже по течению Итиля. Глинобитные одноярусные постройки с камышовыми крышами лепились друг к другу, оставляя между собой лишь узкие извилистые проходы.

День для всех выдался трудным, поэтому Дарник велел ратникам отдыхать и позвал в свой шатер всех воевод. Рассказал им о положении дел и спросил:

– Все ли готово к переправе на тот берег?

Последовало продолжительное молчание.

– Ну так воеводы вроде решили на тот берег не идти, – на правах старшего по возрасту заметил хорунжий Лисич.

– Все ли готово к переправе? – словно не слыша, повторил свой вопрос Рыбья Кровь.

– А колесницы и повозки тоже будем переправлять? – уточнил Лисич, всегда отвечающий за все военные припасы.

– В последнюю очередь.

– Тогда все готово. – Лисич горделиво выпрямился на своем седалище.

– Вот и хорошо. – Князь по-доброму всем улыбнулся.

– А все-таки насколько велико кутригурское войско? – спросил-подставился воевода пешцев Борть.

– Оно настолько велико, что стоит кутригурским коням раз помочиться – и все наше войско смоет в Итиль.

Оказалось, что любые разговоры хорошо не только начинать со смеха, но и смехом заканчивать. Воеводы выходили из княжеского шатра, хохоча во все горло.

Дело оставалось за малым – нанести союзникам еще одну обиду: сообщить, что войско устало и придет вместе с князем только утром.

6

Едва солнце встало, Дарник был уже на ногах.