Выжить. Остаться собой.

- Где ж много? – усмехнулся Эльсинор. – У градоправителя, да у начальника стражи. А больше ни у кого и нет. А так если халишер какой прилетает иногда.

- Но у Тарскони и Аравия точно есть шэрхи. А еще в Жахжену прилетали люди на шэрхах, - вспомнила я.

- Жахжена – отдельное поселение. Туда только по воде можно добраться или по небу. По небу-то всяко скорее выйдет, вот и нанимают шэрхов для перелета. Но то только самым знатным доступно, дорого очень.

- А этот город как называется? – махнула, указывая направление.

- Остров это.

Лаора, - терпеливо отвечал Эльсинор.

- А страна?

- Острожье или Верхний Предел. Эришат – главный город, там управитель всего Острожья живет. С Эришатом мосты наведены, там и торговля самая знатная. – Замолчал ненадолго, словно размышляя. – На ирашку ты вроде похожа, сам не видел, но слышал о таких. В Острожье жара весь оборот стоит, а в Ирании сказывают, бывает, с неба вода замерзшая сыпется. И белым-бело все тогда, вот и люди белые, будто замерзшие.

Глава 13

Глава 13.

После разговора с Эльсинором на душе остался неприятный осадок. Про дочь он не стал распространяться, словно стыдясь того, что случилось. Неужели девочка попала в один из таких же лагерей, как Жахжена? С другой стороны, как раз про лагерь мужчина говорил совершенно без смущения, как о чем-то обыденном, самом обычном.

Вместе с тем пришло понимание, оставаться у Эльсинора надолго нельзя. Орхис и правда приметный, по нему и меня найдут. Ни расставаться с другом, ни возвращаться в Жахжену в мои планы не входит, поэтому стоит поискать местечко, где мы будем в относительной безопасности.

Возможно, островок поменьше, малообжитой. Эта мысль не казалась мне слишком заманчивой, все же жить в одиночестве никогда не было пределом моих мечтаний.

Эльсинор мало что мог рассказать о мире вокруг. Хоть и имел лодку – бардарик, как он ее называет, далеко от этих берегов не отходил. Острожье – островное государство, насколько поняла из его рассказа. Города выстроены на обособленных островах, практически не соединенных между собой сухопутными мостами.

Это и затрудняет перемещение местных из одного города в другой. Пути два – либо по воде, либо по воздуху. Перемещение на шэрхах – роскошь, недоступная простым людям, значит, фактически, остается только одна возможность путешествовать. Выходит, живут местные по принципу – где родился, там и пригодился.

Мне катастрофически не хватает знаний об этом мире, совершенно обычных, о вещах, знакомых людям с детства.