О личной жизни забыть

И вообще не грусти о прошлом, а стремись в сверкающее будущее. Как только выучишь русский язык, шестая часть планеты будет у твоих ног. Мы с папой надеемся, что ты всегда будешь поступать по-гулливерски, а не по-лилипутски.

Исабель вдруг закрыла лицо ладонями.

– Вот видишь, всегда умела держаться, а тут плачу. Люблю тебя, мой хороший. Мой самый лучший сын на свете. Сыночка моя. – Последние слова она произнесла по-русски.

По экрану пошла рябь – запись закончилась.

В комнату заглянул Зацепин, подошел к окну и остановился там спиной к своему подопечному.

– Я могу взять эту кассету? – только и спросил Копылов.

– Нет. Но ты можешь взять ключ от этой квартиры и всегда сюда приезжать и смотреть ее здесь.

– Что было в том железном ящике?

– Откуда я знаю? Я отдал его еще там, в посольстве.

– Это было что-то важное?

– Кто же тебе это скажет? Наверное. Твоего отца, между прочим, наградили орденом Красной Звезды.

– А маму?

– Маму наградят чуть позже. – Петр сказал это почти машинально и тут же спохватился, как это двусмысленно прозвучало, мол, нужно еще узнать, как она вела себя на допросах.

– А почему она не смогла убежать? – Алекс спрашивал совершенно спокойно – слишком все уже успело в нем перегореть.

– Ее в лесу укусила змея, и она вынуждена была обратиться в больницу. Там ее и арестовали.

– А ее нельзя было как-то спасти или на кого-нибудь обменять?

– У нее был хороший адвокат и не было прямых улик, указывающих, что она стреляла, но присяжные все же признали ее виновной в неподчинении полиции.

Часть вторая

Глава 1

Подполковник ГРУ Шелех, поблескивая сократовским лбом, наводил шмон в своем служебном кабинете: что-то мелко рвал, что-то засовывал в дипломат. Одетый в малоприметный костюм, он был похож на рядового бухгалтера. Сидя на одном из стульев, что стояли в ряд у стены, Петр Зацепин удивленно смотрел на действия шефа. Не глядя на капитана, тоже, как и все в их конторе, одетого в гражданку, подполковник бросил:

– Скажи спасибо Ельцину, что ты за провал Копыловых отделался легким испугом.

– Вы о чем, Нил Палыч? – По прошествии реабилитационного периода Петр уже позволял себе иногда подобные фамильярности.

– Ну так сокращение шагает по спецслужбам. Начали с генералов и полковников, скоро и до капитанов доберутся.