Декада Джонс: Проклятие Падших

Мне показалось, что Дмитрий понял, что я вру, но он только кивнул и вышел из лавки. Ненавижу врать близким. Но сейчас нужно было думать о предстоящем сражении и «представлении» перед ним. И я в этом спектакле играла главную роль.

2

Стоя перед воротами, ведущими на территорию Академии, я вдруг отчетливо услышала учащенный стук собственного сердца. Мне было так страшно, что хотелось плакать. Но я не позволила эмоциям взять верх, выставила вперед руку и шагнула вперед так уверенно, как только могла. Я не сомневалась, что Михаил уже знает о моем появлении.

Наверняка он следил за мной все это время. Но до самой академии я шла в мертвой тишине, никто даже не шел мне навстречу. Наверное, этот чертов сумасшедший решил, что мне станет крайне интересно узнать его план, а потому сидит и дожидается меня в своем кабинете.

Впрочем, это было мне только на руку. За эту небольшую прогулку к смертному одру я смогла успокоиться и привести в порядок мысли, нацелив их только на победу.

Я в одиночестве поднялась по темным лестницам и прошла по темным коридорам прямо до кабинета ректора.

Стучать не стала – а зачем, если Михаил и так в курсе, что я здесь? Осторожно открыла дверь и шагнула внутрь.

Как я и предполагала, мужчина сидел в своем кресле спиной к двери и смотрел в окно. Он даже не обернулся, когда я вошла.

- Ты снова здесь, маленькая мисс Джонс, - произнес падший насмешливым тоном. – Ненадолго хватило твоего терпения.

Я вздрогнула, когда он резким движением развернул кресло и уставился на меня безумным, горящим взглядом.

- Впрочем, - продолжил ангел, вставая с кресла, - я никуда не спешу.

Когда он подошел ко мне почти вплотную, я заставила себя стоять ровно и не дрожать, хотя это было очень сложно. Мужчина обошел меня раза два, а затем снова вернулся в кресло и жестом указал на второе.

- Я постою.

- Сядь, - приказал Михаил, и я вне своей воли повиновалась. До меня вдруг дошло, какой огромной силой он обладает. Черт возьми, и мы, кучка подростков, собрались с ним бороться?! Да нас размажут по стенке и бровью не поведут.

Меня прошиб холодный пот. Я смотрела прямо перед собой, стараясь не переводить взгляд на Михаила, который сейчас все еще был в том до жути знакомом облике.

Тишина длилась, казалось, вечность. Михаил молча разглядывал меня с усмешкой на губах, а я как могла избегала его взгляда, крепко вцепившись в подлокотники кресла. Да, я выигрывала тем самым время ребятам, но готова была в ту же секунду умереть на месте.