"Чудовищный" секрет Авроры, или Магистра не дразнить!

– Подслушивать чужие разговоры – верх деликатности, княжна, – раздалось холодное за моей спиной, и я подпрыгнула, больно ударившись о стену. – А пользоваться помощью фамильного морфа для выполнения трудовой повинности – и вовсе верх наглости. Мы с вами к этой теме еще вернемся, принцесса. Позже.

– Почему не сейчас? – прошипела, потирая плечо. – Давайте сюда вашу свежевыдуманную нотацию. Я вся внимание.

Чего он вообще залез ко мне за штору? Делать больше нудным магистрам нечего? А такие планы на вечер были!

– Потому что сейчас я немножко занят, – вперил в меня серый взгляд шурхов Салливан.

Он еще несколько секунд молча буравил меня глазами (сразу видно, что занятой!) И, наконец, покинул мою штору (читать «наблюдательный пункт»).

Фух! Даже дышать сразу стало легче.

К наблюдению я вернулась как раз вовремя. Увидела, как Салливан быстро кивает матери и Брендану, хватает рыжеволосую нимфу под локоть и растворяется в телепортирующем вихре. Ах… вот какие планы.

Глава 6. О диких кошках и приворотных зельях

Утро выдалось седым и пасмурным.

– Мам…

– Что, обезьянка? – мама скосила на меня уставшие черные глаза. Под ними лежали серые тени. Похоже, она так и не заснула этой ночью.

– И ты туда же, – я негодующе наморщила нос. – Хотела спросить, когда точно вернется папа? Они с крестным обещали приехать к началу учебного года.

– Фридрих написал, что ему нужно задержаться в Индии. А Андрей прилетит завтра утром, – она обхватила меня за плечи и чуть прижала к своему боку.

– Много первого и совсем немножко второго, – я покусала губу.

– Пообещай не взрывать Академию до отъезда комиссии, Ав. Верховный Совет нам этого не простит, – попросила мать совершенно серьезным тоном, и я так же важно кивнула.

– Есть не взрывать Академию до отъезда комиссии, мэм, – хрюкнула в кулак, но снова придала себе ответственный вид.

– Так не терпится сдать нового магистра обратно в Лондон? – проницательно ухмыльнулась мама. – Боюсь, как минимум полгода с этим придется повременить.

– Он кошмарен. Невыносим. Невозможен. Как папа, только хуже, скучнее, правильнее и… нуднее. Заставил меня два часа собирать перья вручную.

– Перья, – с улыбкой повторила мама. – Это… занятно.

– Ничего занятного!

– Он необходимое «зло», – улыбка матери стала шире.