Страж сновидений и ночной кошмар

– Пап, – умоляюще посмотрел на него, – у нее жар и бредни смешались со сновиденным миром.

– Сейчас нужно поступить правильно, – подошел родитель ближе к кровати. – Она может сказать тебе то, что в жизни побоится.

– Но ей тяжело.

– Да. Но ты сможешь ее выманить, только если она сама скажет.

– И как спросить?

– Ты понял, что примерно происходит?

Я повторил слова Телли.

– Тогда скажи ей, что тоже его видишь. Скажи, что ты рядом и держишь ее руку.

Я взял ладонь Телли и прошептал на ухо нужные слова.

– Ты тоже видишь его? – произнесла она.

Я замер и посмотрел на отца, по его лицу прошла тень, и он неуверенно кивнул.

– Это ведь он, – произнес я, – он убивал тех людей.

– Да! – перехватила ладонь Телли и заплакала. – Артон, уходи, он и до тебя доберется. Это я виновата, он идет за мной…

– Телли, не бойся, он ведь всего лишь снится.

– Нет, он не просто снится, Артон. Он завладел моими снами. Ведет себя как хозяин, высасывает из меня энергию. Я не знаю, что ему от меня нужно.

Вот оно! Она призналась. Все хуже, чем я себе представлял. Безликий…

Телли вновь прикрыла глаза, успокоившись.

– Кто такой безликий? – посмотрел я на отца.

– Сложно сказать, но видимо, еще та тварь. И название странное – безликий…

3.11. Во сне и наяву

Артон.

– Ну и? – посмотрел на меня отец чуть позже, когда я оставил Телли с целительницей. – Она твоя истинная пара, верно?

– Да, и по совместительству полукровка.

Отец разразился громким смехом:

– Этот хрен правящий знал, Артон…

– О чем ты?

– До тебя ведь доходили слухи о том, что император имеет дар прорицателя? Точной информации не было, но иногда попадались интересные истории, которые заставляли меня задумываться.

– Отец, – рыкнул я недовольно, – я не хочу, чтобы Телли…

– Это понятно. Глупый мальчишка, я говорил тебе, что между истинными парами связь совершенно иная.

– Может, хватит? – рыкнул я. – В любом случае я служу так долго императору не из-за нее.

– Частично из-за нее, – усмехнулся родитель. – Но, ладно.

– Что делать с безликим? Вот в чем вопрос. Что если, устраняя его, я наврежу Телли?

– Задачка еще та, но ты ведь любишь задачи.

– Да. Но я не хочу видеть страдания…

– Конечно.