Тирра. Игра на жизнь, или Попаданка вне игры

— Зачем он вам?

— На память. Добрую. О том, как легко какой-то пустяк

мог

стать причиной долгой и недоброй памяти.

Я обвела взглядом лица присутствующих, внимательно ловивших каждое тихое слово из нашего разговора, и улыбнулась. Хищненько. С этими — только так, иначе заклюют.

Выражение черных глаз сара я не могла разгадать.

— Хорошо, таинэ. Вы получите ваш чеер-камень, но пустой, — криво улыбнулся Таррек, перекинувшись взглядами с кем-то за столом.

— Конечно. Это же сувенир.

— И вы не будете расстраиваться, что мы забрали наш чеер-шар, выданный вам временно.

Как? Уже? Воспользовались моим отсутствием и ограбили мою спальню? И не постеснялись вытащить Аргуса, нежившегося в ванне и спрятанного под шапкой пены? Изверги!

«

Паноптес-Аркус,

отзовись!» — позвала я.

Но дух молчал.

Мне стоило большого усилия удержать на лице улыбку и даже глазом не моргнуть.

— Да было бы из-за чего расстраиваться, сар Таррек. — Я промокнула губы салфеткой. — Из-за упрямого и плохо контролируемого духа? Вы совершенно правы: для меня, слабого и неопытного менталиста, это опасно.

Вот теперь Таррек расслабился и даже откинулся на спинку стула, спрятав торжествующую морду за поднятым к губам кубком.

— Ваше здоровье, таинэ. Искренне рад, что у графа Орияра такая разумная невеста.

И быстрый взгляд, брошенный на мои кольца, показал, что Таррек что-то подозревает об истинных намерениях Дэйтара. О том, что в любой момент амулеты могут исчезнуть с моих рук, как исчезла подвеска с посланием.

Стоп. Где твои мозги, Корщунова? Если Таррек не хочет возвращения династии Орияров в сферу Суаф, то этот Белый Ворон теперь — мой временный союзник, даже если он сам пока об этом не знает! С ним мне нельзя ссориться ни в коем случае.

— Надеюсь, вы поможете нам в сегодняшнем ритуале поиска? — Маг, не стесняясь, пристально разглядывал мое колечко с частицей Ока Истины.

— Сделаю все, что в моих силах.

И тут он наклонился к моему уху, и я почувствовала, как нас накрывает полог тишины.

— Нам надо поговорить откровенно, леди Барренс.

— Давно пора, сар. Только верните чеер-шар в мои покои, туда, откуда взяли. Аркус не любит, когда с ним обращаются, как с рабом лампы.

— С кем?

— С рабом. В наших сказках описывались случаи, когда духов запирали заклинаниями в каком-нибудь сосуде, и они становились злыми джиннами. Вырвавшись на свободу, они убивали своего освободителя и всех, до кого могли дотянуться.