541-я

- Мама, но это же ежегодный бал, и о его существовании ты всегда прекрасно знала! – возмущенно пыхтел терр Аскольд.

- Я пожилая женщина и мне свойственны провалы в памяти! Ты обязан был мне о нем напомнить! – сверкала глазами пожилая женщина.

- Конечно, провалы в памяти! Ты булочнику про три копейки, которые он тебе не сдал, полгода напоминала, - буркнул про себя Аскольд. Стоявшая рядом Юлька только прыснула в кулак, даже не представляя, как вести себя в данной ситуации. Тем более что причиной раздора стала именно она, а точнее отсутствие у нее бального платья.

- Мама, прости, я виноват. Мужчинам не свойственно думать про женские наряды, поэтому я упустил данный пункт. Мы что-нибудь придумаем!

- Да что ты придумаешь за три дня? Все мастерские завалены заказами на полгода вперед. А покупать готовое платье для терры просто позор.

- Бабушка, но почему позор? - попыталась отвлечь внимание от бедного ректора Юлька.

- Переделать? – округлила глаза, изображая ужас бабушка. Но затем ее взгляд вдруг принял осмысленно выражение и уже совершенно другим тоном она воскликнула:

- А ведь это идея! Только мы не будем переделывать готовое платье. У нас сохранилась куча нарядов Иллии, среди них есть даже те, которые она так ни разу и не надела. Я думаю, моя девочка была бы рада, если ее наряды перешли по наследству к дочери! – с этими словами терра Амалия подхватила Юлю за руку и повела на третий этаж дома, где девушка еще особо и не бывала.

Не то, что ее туда не пускали. Просто ей там фактически нечего было делать. Лишь в первый день, когда Милли проводила экскурсию по дому, она провела ее по этажу, мимолетно бросив: «Здесь были покои дочери терры Амалии!». Сейчас Юля шла затаив дыхание. Ей предоставлялась возможность прикоснуться к чему-то, что принадлежало ее родной матери.

Гардеробная Иллии была достаточно просторной. С одной стороны на стене висело огромное зеркало, где хрупкая фигурка девушки умещалась во весь рост. Противоположная стена была занята тем, что в нашем мире называют шкаф-купе. И именно в нем хранилось все то богатство, ради которого бабушка с внучкой поднялись в эти покои.