Академия Грейсли. Охота на дроу объявляется открытой!

Первым делом, придя на чердак, она поинтересовалась, есть ли у меня чай, а потом со всей серьёзностью заявила, что у неё на родине никогда не начинают ничего делать, пока вначале чай не попьют. В идеале, не пустой. Предложила быстренько сбегать в столовую, чтобы принести что-нибудь к чаю.

— Зачем? — удивилась я.

— Ну как? — в свою очередь спросила она. — Я не думала, что ты здесь живешь, надеялась, что мы мимо Академии пройдём. А так, получается, что я к тебе в гости с пустыми руками пришла. Нехорошо получается.

— Не надо, у меня есть печенье, — успокоила её.

И пошла ставить чайник и доставать из запасов печенье. Хорошо, что вчера оставила его здесь. — А ты лучше расскажи мне, что я могла сделать не так? У тебя же получилось покорить ректора, хотя он слыл не просто нелюдимым холостяком, а неприступной крепостью!

Она прыснула.

— Я, конечно, расскажу, но вряд ли тебе такой способ поможет. Я, так сказать, поразила его буквально..

— Как это?

— Постоянно падала, попадала в неприятности, грубила и огрызалась.

Это сейчас я понимаю, а тогда... — она махнула рукой. — Ладно, что было, то прошло. Тебе мы лучшее решение подберем! Неси свою книгу!

Я кивнула и пошла доставать книгу из-за рамы зеркала, куда убрала её сегодня рано утром. Я решила, что хранить и её, и все остальные документы вместе под половицей — как минимум, неразумно. И вот сейчас порадовалась правильности своего решения.

Не успела я достать до конца дневник, как сзади послышался вскрик и звон разбившейся чашки.

— В чем дело!? — крикнула я и развернулась к своей гостье.

А она в свою очередь во всё глаза смотрела на меня. Точнее, сначала на меня, потом на моё отражение в треснутом зеркале и обратно. Я проследила за её взглядом, но ничего не нашла. Может, с её ракурса ещё что-то видно?

— Что? — поинтересовалась напряжённо. — Привидение бесхозное залетело? Таня, не молчи!

Но вместо ответа она широким шагом подошла ко мне и подозрительно сначала оглядела меня, потом, вплотную к зеркалу, моё отражение.

— У тебя зеркало заколдованное? — недоуменно спросила она.

Вот тут я зависла.

— В смысле?

— В смысле, у тебя в зеркале отображается какая-то лопоухая эльфийка! — обвинительно тыкнула она в стеклянную поверхность.

— Какие они лопоухие!? — сначала возмутилась я, схватившись за прекрасные эльфийские уши — я их два дня лепила, чтобы образ достоверным был! А потом до меня дошло. — Погоди, а я, по-твоему, кто?

— Как кто? — она пожала плечами. — Мириам Дэвис, магистр огненной стихии.