Академия Грейсли. Охота на дроу объявляется открытой!

— Господа наказанные! — громко крикнула гномиха и радостно махнула рукой в мою сторону, привлекая ко мне внимание. — Рада сообщить, что ваше наказание подходит к концу, — парни оторвались от своих занятий и заинтересованно подняли на нас головы. — Предлагаю сделку. Вы помогаете Мэри Хилл — новой адептке — перенести кое-какие вещи в её комнатку, а я сделаю запись в журнале, что вы отработали в подвале всю положенную неделю.

— В чем подвох? — прищурился вихрастый рыжий парень. Чёрные блестящие глаза, будто подведенные чёрной подводкой, осмотрели меня с головы до ног, словно прикидывая, сколько у маленькой меня может быть вещей.

— Никакого подвоха! — комендантша картинно приложила руку к небьющемуся сердцу, выражая полнейшее негодование оказанным недоверием. — Простой магический договор. Вы — вещи, я — прикрываю вас перед ректором.

Я заинтересованно посмотрела на почтенную даму. Надо же, какая смелая — самому ректору-дракону врать.

Перед парнями вспыхнул голубым светом прозрачный водный свиток.

Парни тем временем читали договор. Так как он был соткан из воды, то я тоже могла прочесть буквы, отпечатанные с обратной стороны. Читать задом наперёд мне не привыкать, так что я без зазрения совести полюбопытствовала.

Так и так, стороны обязуются то-то и то-то, в случае неисполнения обязательств — штраф тысяча дариев.

Я присвистнула. Обалдеть, у них здесь расценки. Легче почку продать, чем такую сумму наскрести. Но, в отличие от меня, парней ничего не смутило, и они размашисто поставили водные подписи. Точнее — оттиски ладоней, которые стали водными печатями.

— Ну вот и всё, принимайте работу, — гномиха явно была рада разрешению ситуации и довольно сворачивала обратно свиток. — Мэри, забирай своих помощников, и дуйте в соседнюю комнату. Там найдете необходимую мебель, а как поднимете всё на чердак, то дай мне знать.

— Куда? — в один голос воскликнули парни. Но дух с громким «плюх» растворился в воздухе, оставив после себя небольшую лужицу. Так что под обстрелом ошарашенных и весьма недовольных глаз осталась стоять я одна.

— Я тут ни при чем! — предупредила сразу.

— Говорил я тебе, что с тёткой Борой связываться — себе дороже, — проворчал орк. Он вообще заговорил впервые с тех пор, как я его увидела. Голос был басовитый, сильный.