Отрава для сердца моего

Без сомнения, и их слуги в поместье многое знали о своих господах, но не всё. А тут, неграмотная служанка из поселения осведомлена о темных тайнах семьи своих господ. Ну и что, если ее родственники работали в замке и многое слышали и могли рассказать что–то своей семье. Удивляло другое. Волероны относились к людям рядом с ними находившимися, как к теням, не могущим слышать, думать, говорить? Или как к животным? Если в княжестве закрывались двери для приватного разговора, то ни собаки, ни кошки не выгонялись. Что могут понять эти безмозглые твари? Так и волероны думали о людях?

И что же за сын такой, если выгоняет из дома мать с новорожденным братом? Да уж, высокими моральными качествами волероны не обременены.

Как же ловко они притворялись в княжестве. Никому и в голову не приходило, что обособленность их проживания, холодность (но не надменность, как ни странно!), некоторая отстраненность в отношениях с людьми княжества обусловлена тем, что они презирают людей.

И все же, как бы ни была сегодня разговорчива и откровенна служанка, кое-что она все-таки не договаривала.

Как ни выспрашивала Ясна, Ида так и не ответила, кто же на самом деле эти волероны, чем они отличаются от людей.

Если принимать во внимание все, что она узнала о волеронах, не совершает ли она огромную глупость, собираясь встретиться с Аруаном?

***

Ясна осторожно ступала по тропинке. Была полнейшая темнота, звезды и луна скрылись за облаками. Но Ида шла уверенно и Ясна, вцепившись в ее руку, брела следом за ней почти на ощупь.

Хорошо хоть тропинка была не обледенелой.

— Сейчас повернем за скалу и скоро будем на месте, госпожа, – тихо сказала Ида.

Семеня за служанкой, Ясна по своим ощущениям поняла, что они повернули и идут практически впритык к стене. Ясна даже плечом ударилась несколько раз, но делать шаг в сторону побоялась – а вдруг ступит она вбок и упадет в пропасть.

Впереди замаячил тусклый свет.

— Ну вот, почти пришли, – ободряюще произнесла служанка.

Свет становился ближе и Ясна уже видела, что впереди вырисовывается площадка, на ней стоит фигура в длинном плаще и накинутом на голову глубоком капюшоне.

В отвесную стену был вбит крюк и на нем пристроен факел.

Ясна испуганно подумала, что это может быть и не Аруан. О чем она думала? А если это ловушка ее коварного мужа? Повернуть назад?

Но служанка выдернула руку и уверенно пошла к этому человеку или волерону, не оглядываясь. Подойдя к незнакомцу, она поклонилась и произнесла:

— Я привела ее, мой господин.