Отрава для сердца моего

Может, после того, как ты ими объешься, будешь вести себя сдержаннее. Или ты специально провоцировала меня? Так скажи откровенно, что жаждешь видеть меня в своей спальне. Не боишься, что я откликнусь на твой призыв?

Вспыхнув, Ясна хотела ему сказать, что не хочет видеть его ни в спальне, ни за столом напротив себя, а еще укорить его, что ее практически морят голодом, поэтому пирожное так действует на нее. Но вместо этого, она молча развернулась и вышла. Провоцировать его и заводить с Амьером разговор, даже по этому поводу не было желания.

Пирожное вечером ей стали приносить, и ее ужин не стал таким скудным благодаря им. А Ясна стала тщательно следить, как и что она ест за столом в присутствии Амьера, тем более, что он всего лишь три раза присутствовал на обеде с ней. И все три раза они молчали за обедом, сидя на разных концах длинного стола.

Где пропадал Амьер все остальное время Ясна не знала, только иногда служанка проговаривалась, что хозяина нет в замке.

Во время обеда, сидя за столом напротив Ясны, Амьер о чем–то думал, иногда бросая странные взгляды на девушку. А она тоже молчала, стараясь смотреть только в свою тарелку. Хотя ей очень хотелось попросить его разрешения пользоваться библиотекой и чтобы он распорядился показать ей замок, и позволил выходить за его пределы – она устала от безделья, от постоянного полумрака, сырости и холода, ей надоело безвылазно сидеть в своей комнате.

Но Ясна так и не решилась попросить Амьера об этом. Она предполагала, что и холод и голод, мука бездельем и неосведомленностью, неясностью приготовленного для нее будущего – всё это было планом Амьера, чтобы досадить ей, поизмываться над ней.

Так стоит ли унижаться, просить его о снисхождении? Зачем? Чтобы увидеть его торжество и довольство?

Или всё же Амьер не знал, что она испытывает муки голода и холода? Да нет, такого не может быть! Чтобы слуги по своей инициативе не кормили ее толком? Вряд ли Амьер добрый и великодушный хозяин, и слуги должны его бояться.

Так что… он все знает, и это по его распоряжению ее не кормят и пытают холодом и сыростью.

Однозначно, просить его – не самое мудрое решение. Не стоит давать ему повода для злорадства. Пусть думает, что ее все устраивает.