Отрава для сердца моего

— Нет, – растерянно сказала она, – он мне не привиделся и я не страдаю никакой душевной болезнью.

— Уверена в этом? Может, стоит спросить твоего отца, были ли в вашем роду сумасшедшие, а то вдруг мало того, что у меня жена не волеронка, так еще и душевно больная, – веселился Амьер.

— Нет, я видела этого змея наяву, а не в бреду, – настаивала Ясна, – и у меня до этого были подозрения насчет волеронов.

— Ну ладно, довольно, – перестал улыбаться Амьер, – свои домыслы и подозрения оставь при себе, мне они не интересны.

— Нет, не привиделся!

— Замолчи! – гаркнул Амьер так, что Ясна подпрыгнула в кресле. – Если я говорю, что привиделся, значит привиделся!

Амьер мрачно рассматривал притихшую девушку.

— Ты думаешь, я поверю, что ты не хотела сбежать, если тебе какие–то змеи видятся? – спросил он.

— Я сказала правду, – упрямо ответила Ясна, опустив голову, – и думаю, ты не поверишь мне никогда. Ты уже все для себя решил, мои оправдания ничего не изменят.

— Настырная! Перечишь мне? С чего это ты перестала меня бояться?

— Я так устала тебя бояться, – ответила Ясна, поднимая голову, и глядя прямо ему в глаза, – даже то, что ты окажешься тем змеем уже не страшит меня. Амьер, я не хочу тебя бояться.

— Не хочешь? А что ты хочешь, Ясна? – вкрадчиво произнес Амьер.

— Хочу, чтобы ты поверил мне – я не собиралась сбегать.

— Ладно, допустим, что ты не собиралась сбегать. А как насчет того, что ты встретилась с любовником втайне от меня? Знаешь, рога мне не пойдут.

— Аруан мне не любовник. Да, не буду отрицать, у нас были не совсем братские отношения, но это все было до того, как нас с тобой соединила ваша богиня. После этого между нами ничего не было, мы даже за руки не держались, и встречались мы с тех пор очень редко. Я виновата, не надо было идти на эту встречу, но я пытаюсь объяснить.

— Брат, друг, – зло прервал ее Амьер, – разве с ними возможны такие отношения? Только не говори мне, что кроме поцелуев в щеку между вами ничего не было!

— Невозможны, – прошептала Ясна, опять опуская голову, ее смущало то, куда повернул разговор, – ты мне можешь не верить, но я не хотела этого, мне… было… неприятно то, что… делал Аруан.