Отрава для сердца моего

Мрачные стены, еле пробивающийся солнечный свет, холод, сырость, одиночество. Безнадежные тоскливые, горькие мысли делали свое дело, она с каждым днем, а последнее время, казалось, с каждым часом, впадала во все большее отчаянье. Пусть будет что будет, ждать дальше уже было невыносимо, она просто сойдет с ума от неизвестности, отчаянья и одиночества. Если в этом ее наказание, то оно действенно. Она надолго запомнит свою камеру и будет еще долго с содроганием ее вспоминать. И если ее вернут обратно, то … она не знает что с ней будет.

Умрет? Сойдет с ума?

Вслед за охранником Ясна поднялась по железной, с деревянными перилами лестнице. Охранник открыл скрипучую, мощную дверь и посторонился, пропуская девушку. Ясна вышла и дверь за ней захлопнулась. Встречающая ее служанка поклонилась и попросила следовать за ней. Хорошо, что в коридорах было сумрачно, Ясна отвыкла от яркого света за эти дни.

Ясну привели в чужие покои. Но они явно были женскими. Служанка сказала, что сейчас принесет ужин и вышла. Ясна прошлась по комнатам.

Уютная гостиная с мягкими диванами, креслами, низким чайным столиком, секретером, большой балконом с низким ажурным ограждением. Зажженный камин порадовал девушку.

Пройдя в спальню, она увидела кровать с балдахином, небольшой диванчик, кресло у окна, туалетный столик, из спальни вели две двери – в гардеробную комнату и ванную. Стены были задрапированы шелковой тканью, такого она в этом замке не видела еще. Чьи это покои? Хозяйки замка? Что все это значит, зачем ее привели сюда?

Вернулась служанка, принесла ужин.

Поев вкусно и сытно, Ясна отправилась в приготовленную для нее ванную.

Ясна нежилась в ванне. После стольких дней, проведенных в сырой, холодной камере, где не было возможности не то, что помыться, а даже обтереться, лежать в горячей воде было блаженством. И ей не хотелось думать сейчас о том, почему вечером вдруг ее привели в эти покои и оставили здесь. Явно же не просто так.

Но лежать бесконечно в воде невозможно. Девушка выбралась из ванны, обтерлась и, закутавшись в теплый халат, вышла в спальню.

Покои были незнакомыми, но явно женскими, и главное – здесь было тепло. На кровати лежало белье, платье, подойдя поближе и рассмотрев его, Ясна поняла, что оно из тех, что шила для нее швея. То, во что она была одета, когда пришла сюда, исчезло.

— Не нравится платье? – услышала Ясна за спиной хриплый голос.

Медленно повернувшись, она увидела Амьера, прислонившегося к косяку дверного проема.

— Отмылась? – спросил он, усмехаясь.