Лазурь и Пурпур

Она явно недавно отцвела, но засохшие белые соцветия с частично опавшими лепестками все равно живописно свисали вниз, создавая изысканный уют, а ветер гнал по доскам пожухлый снег лепестков. Прямо у черного ствола располагалась широкая скамья с сидением, обитым мягкой кожей, а рядом – легкий деревянный столик на широких резных ножках. На столике, как и всегда, стояли два графина – один наполненный травяным напитком, на вкус напоминавшим медовую мяту, другой – с кристально чистой водой. И два высоких стакана.

В первый день, когда Кьяра набрела на это удивительное место, стакан был всего один. Прибежавшая после вечерней тренировки девушка очень хотела пить и, не удержавшись, попробовала воду, а затем и травяной настой. Наверно, лекарь заметил ее, или прислуга донесла, но с тех пор стаканов стало два.

Кьяра иногда видела здесь спешно прибирающихся, словно им нельзя тут находиться, служанок, но никогда – самого Дэмина, хотя была уверена, что великий лекарь лично создал этот чудесный уголок для своего отдыха.

Девушка рухнула на скамью так, что кожа обивки заскрипела, откинулась назад на мягкую спинку. Бело-желтые сухие соцветия качались на ветру, а сквозь них пробивалось солнце. Она вдохнула полной грудью, успокаиваясь.

Надо было окончательно признать, что объятиями произошедшее не было. И что если бы Дэмин Лоани действительно хотел разделить с ней ложе, то никаких серьезных преград на его пути не возникло бы. За эти дни она такого наслушалась о нем – куда там сказкам Гэрэлы! Оказывается, лекарь был страшнейшим соперником, потому что, как говорили стражники, ему не приходилось атаковать, чтобы забрать жизнь человека, а значит, его удары было не отразить.

«Изменить тело» вовсе не оказалось бахвальством – Дэмин Лоани был известен тем, как легко убивал подосланных к нему наемников, коих до введения новой системы безопасности дворца по его душу приходило немало. Обычно, как шептались воины, он просто разрывал жилы прямо внутри тела, даже не прикасаясь к нему, и нападавший мгновенно умирал, а лекарь шел дальше.

Так что пожелай он обездвижить Кьяру, ей оставалось бы только терпеть.

Но Дэмин не хотел. На самом деле, он был прав: своей абсолютной над ней властью лекарь и не пользовался. Хотя иногда, когда Кьяра ловила взгляд глаз цвета грозового неба, ее словно молнией пронзало, такая буря чудилась ей в глубине. «Опасен, опасен, опасен! - кричал ей внутренний голос. – И в тысячу раз сильнее тебя».