Второй шанс герцогини 2

Гайзен медленно поднял на меня тяжелый взгляд и улыбнулся зловеще. Если он и не ожидал такого хитрого хода, то явно не собирался сдаваться легко. Он сжал в руках свою трость и подошел ближе к гробу, встав по центру и вперив взгляд в восковое безжизненное лицо Тиада. Этот насильник выглядел красавцем даже будучи мертвым. Я продолжала наблюдать за Гайзеном из-за спины Ромэса и все ближе сдвигалась к тем зловещим свечам. Потрескивание фитилей становилось все громче, а улыбка у дяди все страшнее.

Я замерла и решила уже прекратить мотать себе нервы.

Обернулась к стойке с подсвечниками и потянулась к зажженным фитилям стеблем вынутой из вазона розы. Но стоило мне попытаться погасить одну свечу, как они заискрили, зачадили черным дымом, от которого я принялась кашлять. Ромэс тоже зажал платком нос. Только Сатэрик Гайзен наслаждался развернувшейся сценой. Свечи будто разгорелись еще сильнее, выбрасывая в воздух непонятный едкий дым.

Я решила спуститься к скамьям, но не смогла сделать и шага, словно оказавшись в круге пентаграммы.

— Ты что творишь, темное отродье! Немедленно затуши свои демонические свечи! Это святое место!

— Я ничего не делаю, Ромэс. Древняя магия сама держит мою племянницу в плену за умысел, который она совершила в отношении ее покойного мужа. Эти свечи — ритуальный обряд Герцогства Роз, дабы отделить тех, кто с чистой совестью, от тех, кто желал зла покойному.

— Впервые слышу о таком обряде, а я пожил в этом мире больше твоего, Сатэрик, — грозно ответил Ромэс. — Не лги, это тебе не поможет. Ты отравил Тиада и подставил моего внука! — голос у старого драккара сорвался, и он закашлялся, но его крепкая хватка помогала мне не упасть от головокружения — я стояла на месте, словно прилипла к полу. А этот дурацкий дым дурманил ум и не давал сфокусировать мысли.

— Похоже, что подставила вашего внука моя племянница и отравила собственного мужа.

— Ты совсем сошел с ума, — процедил Ромэс. — Немедленно затуши! — прикрикнул снова и даже махнул рукой, выпуская магию драккара в виде порыва ветра, но свечи не шелохнулись, как заговоренные, так и продолжили гореть, зато часть роз из вазонов разметало по полу.