Второй шанс герцогини 2

Только вот у меня были воспоминания Лиэри, и Тиад никогда бы не нашел ответные чувства у такой девушки. Все в ней кричало о хитрости, уме и прекрасных актерских способностях. Такая девица не стала бы тратить свои таланты на Тиада, кто был лишь марионеткой в руках дяди. Вот, кто ее по-настоящему бы заинтересовал.

Вот, кого она захотела бы сделать своим.

И дядя, не обращающий на девушку внимания, все равно закрывал ее. И с каждым нашим шагом, я все больше ощущала нечто сильное, магическое рядом с этими двумя.

Свою магию, значит, не ощущала, а вот у дядюшки шлейф — научилась.

Мы остановились с Ромэсом около них, и глава Блэков выразил свои соболезнования.

Конечно, дядя весь скривился, но тут было столько гостей столицы, что проявить прямую враждебность значило уронить лицо, а он ведь — «прекрасный человек». Просто с племянницей не повезло.

— Сиенна, — протянул он руку ко мне, собираясь забрать у Ромэса. Я сжала его ладонь и произнесла:

— Ах, дядюшка, вы столько сил вложили в прощание с Тиадом.

Весь холл, что был наполнен гостями хранил полное безмолвие. Естественно, сплетни — лучший десерт на любом мероприятии. И во всех мирах.

Дядя сглотнул и почти выдернул свою руку из моей.

— О чем ты, Сиенна? — шипел он сквозь зубы.

— Вы же знаете не хуже моего, насколько плохим выбором оказался Тиад для нашей семьи. Не ровен час, и к нашему порогу придут несчастные обманутые девицы с младенцами на руках.

На самом деле я была удивлена, что такого до сих пор не произошло. Но это лишь подтверждало все то, что рассказывала Лиэри: Сатэрик Гайзен контролировал его. И не только его.

Брианна побледнела, неосознанно подняла руку к животу, и лишь по этой реакции я уверилась, что она беременна. Я сама постоянно закрывала руками живот, защищая своих малышей. Какая бы женщина не была змеей, но инстинкт — это не то, что легко можно откинуть лишь усилием ума.

— Сиенна, побойся кары Стелл, — еще тише и еще злее ответил дядя. — Мы же на похоронах твоего мужа.

— А еще тирана и прелюбодея. Я не буду по нему скорбеть, но я отдам дань прощания. Пойдемте, дедушка Ромэс, ветер поднимается.

В холле я вежливо кланялась гостям, не поднимая вуали, они же разглядывали меня с огромным интересом. Уверена, что многие пришли сегодня сюда поглазеть на то, как скандальная герцогиня Роз будет вести себя на похоронах супруга.