Второй шанс герцогини 2

Я каждый день нащупываю по тонкой вязи узора парфорса связь с Регалом и ощущаю душой, как он страдает в заключении. Думаю, ни один мужчина, у которого отняли возможность защитить свою семью, будет спокоен. Я боюсь, что на Регала будут давить. И только Стеллы ведают, что у него могут потребовать за смягчение приговора за преступление, которого он никогда не совершал!

Я замолчала, потому что у меня закончился воздух в легких. Я так эмоционально говорила, что не заметила, как начала задыхаться от собственных эмоций.

Ализир медленно положил свою руку на мою и принялся со мной дышать, пытаясь вернуть мне равновесие.

И когда я успокоилась, спросил:

— Значит, вы категорически отвергаете обвинение? А есть ли у вас доказательства?

Вот оно! Либо я озвучу свою просьбу сейчас, либо уже никогда.

— Для этого мне нужен ваш черный кристалл Грез. Я считаю, что среди высшей знати есть чернокнижник под личиной одного из тех, кто наделен властью.

Ализир замер, обдумал мои слова и уточнил:

— Вы ведь говорите о конкретном стеллариумце, Сиенна.

Почему же не называете его имени, хотя просите подарить вам часть бесценного Оникстелла, что защищает мой остров и мою семью? Или вы пытаетесь обмануть меня?

Голос у меня пропал вмиг. Я так растерялась, что просто округлила глаза, пытаясь подобрать слова, а в итоге все больше осознавала, что со стороны мое странное молчание выглядит как подтверждение слов герцога Грез.

— Не молчите, — приказал, а не попросил Ализир.

— Я боюсь, что вы не поверите.

— Говорите, Сиенна!

— Арх-герцог, — выдохнула я и вся обмякла, словно из меня вытянули стержень, который помогал мне держать себя прямо и уверенно. Неожиданно это признание далось мне болезненно и как-то обреченно, ведь если сейчас Ализир встанет и уйдет, то я потеряю единственную возможность проявить сущность Зла в самом сердце Стеллариума.

Ализир, закономерно, поднялся на ноги.

— Значит, брат был прав, — вдруг проговорил Ализир и быстро закрутил волосы в хвост. — Миледи, кому еще вы озвучивали эти слова?

Я проглотила язык.

Как я могу сказать, что у нас женский кружок юных детективов?! Придется врать, но и Ализир не настолько-то и честен со мной, ведь получается кто-то из знати подозревает самое плохое в столице.

— Это лишь мои умозаключения при общении с Альгетом. Как я могу такое озвучить в беседе? Не хватало, чтобы меня упрятали вместо академии в башню, как душевнобольную. Сказать, что я сошла с ума с горя не составит труда.