Ведающая Водой

- Мой единственный друг умер, помогая мне сбежать из Храма… Его убил мой наставник! - продолжала сквозь слезы Сая. - Отряд Сорсуса Карлала погиб, потому что я не смогла их защитить… А теперь и Лим! Я не вынесу этого!

Единственные слезы, которые доводилось видеть Сантару – это слезы Райханы, когда та пыталась заставить исполнять ее прихоти. Такие рыдания его не трогали… Но эта девчонка рыдала так, что все внутри Сантара выворачивалось наизнанку.

- Успокойся, пожалуйста, - попросил он, неловко хлопая ее по спине.

Сайарадил промокнула щеки краешком плаща.

- Как же давно я не плакала! - всхлипнула она и смущенно улыбнулась.

Если бы сейчас рядом с Сантаром оказался Ягван, он бы, без сомнения, сказал: «Опомнись, малец! Это же маг из Большого города!» Но северянина поблизости не было, а плачущая Сайарадил – вот она, на расстоянии вытянутой руки.

- Слезы – это слабость, - повторил Сантар то, что так часто слышал от отца.

- Ох, какая разница! Тут же никого нет, кроме нас, - заявила Сая.

Сантар сам не заметил, как увлажнились его глаза. Он яростно вытер их, но слезы навернулись опять.

- Лихо раздери, - пробормотал он и вдруг усмехнулся.

Сайарадил всхлипнула еще несколько раз, затем хихикнула – и вот они уже хохотали, валяясь на траве. Смех оборвался так же внезапно, как начался. Сая поднялась на ноги и одернула плащ.

- Не держи на меня зла, - попросила она серьезно.

- Ты ни в чем не виновата, - ответил тот и с удивлением понял, что действительно так считает.

- Стемнело… Давай возвращаться? - сказала Сая и протянула ему руку.

Вставая, Сантар крепко сжал ее ладонь.

Глава 24

- Сколько еще мне тут сидеть?

Сантар методично колол орехи: щелк! – скорлупа летела в корзину, орешек – в миску; щелк! – другой орешек отправлялся в рот; щелк! – еще один оказывался во второй миске. Его съест Сайарадил – потом, когда успокоится.

К вспышкам гнева мага из Большого города Сантар привык через неделю.

На поверку ее холодность оказалась маской, за которой скрывался темперамент похлеще, чем у южанина Фарата. Оставалось только дивиться ее удивительному самообладанию! Со старейшинами разговаривала спокойная, чуть высокомерная Сайарадил Вэй с застывшим лицом – но с Сантаром общалась Сая, от безделья лезущая на стенку. Порой казалось, что в ней живет две сущности… Сантара это ужасно забавляло.