Иду за мечтой

Подошва мягко гнулась, но при этом была достаточно прочной, чтобы не чувствовать сквозь неё камни на дороге.

– Спасибо!– на этот раз я сама потянулась к парню, привстала на цыпочки и нежно коснулась его губ.

Как хорошо, что одну руку я ему примотала к телу, иначе бы не смогла вывернуться из его объятий, и неизвестно чем наши поцелуи могли закончиться. А так я легко от него ускользнула.

– Ладно, я понял, – он опёрся спиной о стену. – Когда собираешься чинить конюшню?

– Ты о той доске? – я прыснула со смеху, вспомнив как мы выбирались через щель.

– Пусть так останется, вдруг опять пригодится.

Мне так не хотелось, чтобы он уходил. Но совесть грызла, что я не дочитала заданные главы из книги о знатнейших родах нашего королевства, а завтра Тьяна будет спрашивать. И я себя пересилила, посмотрела на парня виноватым взглядом.

– Валь, прости, мне надо заниматься.

К моему удивлению он не обиделся. Подойдя к столу, прочитал название книги и скривился так, будто у него заболели ещё и зубы.

– Кошмар моей юности.

Но знать надо. Что будет непонятно – спрашивай, – его глаза сверкнули. – Могу такого про каждого рассказать, ни в одной книге не вычитаешь.

Я рассмеялась. Как же с ним легко! И он понимает, что мне надо учиться. Вспомнились парни в деревне. У тех только и было на уме, потискать девушку на сеновале, а утром к старосте – жениться, и никаких доводов, что её душа другого хочет, не признавали. Какое дело до души, когда опять на сеновал хочется, только теперь с согласия родителей.

Подмастерье ушёл, я зажгла лампу и села читать книгу и рисовать геральдику, только непонятно каким образом оказалось, что витаю в мыслях о поцелуях с Валем и по-разному вывожу на листке его имя.

Какой ужас! Скомкав лист, бросила в ящик стола. Потом достала и взглядом спалила прямо на ладони и пепел вытряхнула в окошко. Хорошо, никто не увидел, позору не оберёшься.

Собрав мысли в кучку, стала выводить аккуратным почерком на листке: «Обрин лер Теннес, двенадцатый герцог Хотенбергский, его владения располагаются.

..»

Глава 27

Дни летели за днями. Утром тренировки в зале, после обеда занятия этикетом и придворными манерами с Тьяной. И когда я осилила два тома знатнейших родов королевства, на смену ему пришла грамматика и чистописание. По выходным выездка лошадей в предместьях. И мне это очень, очень нравилось. Я влюбилась в Соню, и как-то само собой получилось, что все заботы о ней стали моей обязанностью. Главный мастер подолгу исчезал из гильдии.