Иду за мечтой

Пролистав обе книжки, поняла, что у меня учебники по четырём видимым стихиям. Получается эфир будем изучать отдельно? Как интересно. Оставив без внимая прочие стихии, открыла главу про огонь.

Глава 24

Утром проснулась с первым криком петухов. В первое мгновение показалось, что все случившееся волшебный сон. И я никогда не уходила из деревни, сейчас в комнату войдёт мама будить меня на первую дойку коров. А сестрёнка, протирая сонно глазки, запрыгнет на кровать и попросит, чтоб я её пощекотала.

– Милеша, просыпайся!

Дверь в комнату отворилась.

С трудом совладав с затёкшим телом, перевернулась и увидела стоящую в дверях Сарину. Реальность обрушилась ледяным осознанием – мамы и сестрёнки больше нет. Я ученица не то шпионов, не то наёмных убийц, кстати, пора уже это выяснить. Но откуда тут петухи? Или это мне во сне приснилось?

– Доброе утро, Сарина.

Я протёрла глаза, сгоняя дрёму. Надо же, вырубилась и спала одетая.

– Ты совсем не ложилась? –увидев книжки на подушке, Сарина всплеснула руками.

От такой новости я мигом проснулась, наспех зашнуровала ботинки и хотела подняться на третий этаж, но Сарина завернула меня вниз.

– Он на кухне.

Это хорошо, перед встречей успею умыться.

А оказавшись на кухне, застыла в дверном проходе. Рядом с Бореем на лавке сидел Валь. Лицо в уже желтеющих синяках, челюсть с правой стороны распухла. Рука висит на перевязи и широкая улыбка на разбитых губах.

– Привет, Милешка.

Я приросла к месту. Сердце защемило так, что стало трудно дышать, хотелось подойти, обнять крепко-крепко, а потом ещё и от себя хорошенько стукнуть, чтобы впредь был осторожней. Но я лишь улыбнулась и весело махнула, как хорошему приятелю.

– Рада, что с тобой всё в порядке, – взяв тарелку, наложила себе каши и, перемахнув через лавку, села напротив Борея с Валем. – Мастер, я почитала про стихии, но так и не поняла, что такое эфир.

Наставник изогнул бровь.

– Где ты такое вычитала?

– Ты же сам дал ей книги,– хохотнула Тьяна, входя на кухню, подошла, потрепала меня по голове и отправилась к печке накладывать себе завтрак.

Сарина с Нарьей отмерли и загремели посудой у плиты. Повариха поставила перед Валем тарелку и сунула в здоровую руку ложку.

– Опять каша? – дурачась, заныл парень, но кашу принялся уминать за обе щёки.

– Ешь, тебе полезно, – развеселилась Нарья.