Ведьма-эмпат

Их руки были соединены и спрятаны в складках его просторной мантии. Гермиона украдкой сжимала его ладонь, но не смотрела на него. Они оба смотрели, как привели закованных в цепи Люциуса и Нарциссу Малфой.

При виде этой пары у Гермионы отвисла челюсть. Они выглядели ужасно. Идеальные волосы Нарциссы были в беспорядке, как и волосы Люциуса. Они оба были одеты в серые комбинезоны и закованы в кандалы, которые звенели и лязгали, пока пара с трудом продвигалась к двум стульям, поставленным перед присяжными.

Она почувствовала, как Северус напрягся, и крепче сжала его ладонь.

Они устроились поудобнее, готовясь наблюдать за ходом процесса. По ходу дела стало ясно, что Визенгамот охотится на Люциуса. Вопросов к Нарциссе почти не было, но Люциуса допрашивали с дотошностью.

— Я не понимаю, о чем вы! Я был пешкой Темного Лорда. Я спас Гарри Поттера!

— Полагаю, это была ваша жена, мистер Малфой, — нахмурившись, сказал Юстас Додж.

— Но... Но... Я...

Кингсли Шеклболт стукнул молотком.

— Хватит этой чепухи.

Визенгамот, что вы решили? Подсудимые виновны или нет?

В течение минуты слышалось бормотание, после чего встал Додж.

— Мы, Визенгамот, признаем Люциуса и Нарциссу Малфой виновными в том, что они являются Пожирателями Смерти. Поскольку миссис Малфой в последнюю минуту переменила сторону и помогла Мальчику-Который-Выжил, мы приговариваем ее к домашнему заключению сроком на два года. На нее будет наложено отслеживание магического следа, и она сможет покидать поместье только с разрешения Министерства, — он посмотрел на Люциуса.

— Люциус Малфой, вы приговариваетесь к десяти годам заключения в Азкабане.

Снова раздался стук молотка, и пару стали выводить из зала. Нарцисса оплакивала потерю мужа. Люциус же боролся в своих цепях, хотя и знал, что это бесполезное занятие.

— Я невиновен! — Кричал он, когда его выводили. — Пожалуйста, сжальтесь!

Зал суда быстро опустел, но Северус не двинулся с места. Гермиона посмотрела на него, но ничего не сказала. Она знала, что он обдумывает ситуацию.

— Мы долгое время были друзьями, — сказал он через некоторое время. — Конечно, в последние пару лет мы отдалились друг от друга по понятным причинам, — Северус тяжело вздохнул. — Я все еще чувствую себя плохо.

Гермиона хмыкнула.

— Я сомневаюсь, что он чувствовал бы то же самое, если бы вы поменялись местами.

Северус резко повернул к ней голову и прорычал: — Ты ничего не знаешь!

Он быстро встал и вышел из зала суда... без нее.