Академический обмен

В итоге я как бы высший чин, но не совсем, гражданская, но не совсем, и делаю их работу лучше них, но по бумажкам должна им отчитываться. В реальной жизни всё это означает, что если я не хочу потратить очень много времени на бюрократию, то лучше старшине не перечить.

Поэтому, когда внутри экипажа оказалось, что старшина с подручным заняли один диванчик, а на втором уже сидит Маккорн, я стиснула зубы и села рядом, делая вид, что мне всё равно.

Так мы и тряслись до участка. На ухабах и поворотах меня то и дело впечатывало в Маккорна, а боком ноги я его касалась вообще постоянно, и кожу в этом месте жгло от злости.

Нет, ну какой хтонической матери?! Он ведь сам первый начал, я к нему не лезла! Или начал, а потом не понравилось? Если так, то точно пойдёт на препараты, надо только спланировать это получше, чтобы меня не вычислили потом. Придурочный природник не стоит моей свободы. Но ведь он хотел этого! При том, как мы прижимались друг к дружке, надо было быть наивной дурочкой, чтобы не заметить. А я и не то, и не другое.

Самое обидное — если бы хоть, осязав его интерес, я бы возмутилась, отшатнулась, испугалась или осознала, что моя жизнь свернула не туда! Но я вместо этого вдохновилась. Я хотела продолжить. Правда, наверное, не в подвале и не в присутствии мракоборцев, но в тот момент я не думала о таких деталях. Я была не против. Хтонь побери, впервые за последние не знаю сколько лет я встретила мужчину, с которым я была бы не против, и он оказался чокнутым природником, который… Который меня оттолкнул!!! Нет, просто убить его будет мало.

Надо подумать, как спланировать расчленение, чтобы подольше помучался.

Я очень надеялась, что во время всех этих размышлений моё лицо выражало высокомерное пренебрежение, как и положено некроманту в экипаже с мракоборцами. Я покосилась на Маккорна, надеясь увидеть… не знаю что, раскаяние? Да на кой ляд мне его раскаяние! Лучше бы в декольте мне пялился. Правда, у меня нет декольте — платье под горло, я вам не барышня полусвета, чтобы прокладывать путь к светлой жизни грудью.

Маккорн вообще на меня не смотрел, вместо этого заняв себя выковыриванием грязи из-под ногтей. Что-то в этой картине показалось мне странным. Потом сообразила: природник же может одним простым заклинанием очиститься. Я с подозрением глянула на лицо магистра. Он сам-то не забыл, что природник? Похоже, забыл: лицо его всё ещё покрывали грязевые разводы. Я покосилась на мракоборцев.