Хрупкая мелодия

Тут же у него незамедлительно возникли вопросы, откуда такие деньги достала Магрэнь — она, конечно, была весьма состоятельна, но…

Считав подозрительное недовольство с его лица, Магрэнь поспешила объясниться:

— Я немного заняла у вашего управляющего.

Снова сложив руки на груди, Михар опёрся плечом на шкаф и посмотрел на дорогую невесту весьма мрачно. Мрачность его, однако, была сглажена мыслью, что она по определению не могла получить от его управляющего сумму больше, чем была указана в их брачном контракте.

— Мне не хватило совсем немного! — ласково пропела она, заводя руки за спину и крутясь на носочках, отчего вуаль за её спиной красиво пошла волнами.

Настроение у неё было самое изумительное — она уже предвкушала, как поразит общество своим новым приобретением, и фантазировала внутри своей головы светские мероприятия, которые будет проводить в этой гостиной.

Она была, конечно, изумительно хороша, и казалась теперь благодаря своему светлому летящему наряду и умелому макияжу совсем юной. Только изрядно приглядываясь, можно было бы заметить морщинки вокруг глаз и складку у губ — но Магрэнь и эти черты возраста умело скрывала выверенной и тщательно отрепетированной у зеркала мимикой, из-за чего казалось, что это не признаки старения, а часть улыбки.

Михара это скорее раздражало. Он не хотел приобрести репутацию стареющего мужчины, которого тянет на юных девочек: это характеризовало его не лучшим образом.

Магрэнь моментально считала его раздражение и столь же быстро догадалась о его причинах.

Миг — и вся ребяческая манера слетела с неё. Она распрямилась и расправила плечи, перевела наклон головы и даже, когда заговорила, изменила голос, отчего он стал звучать более глубоко:

— Аренсэн, но ведь это было совершенно необходимо! — пошла она в новую атаку и привела странный аргумент: — Вы ведь совершенно не умеете танцевать!

Её весьма задело, что он не оценил её стараний и не разделил её радость от такой редкостной удачи, а ещё от того, что он покушается на её право быть хозяйкой в доме, и теперь ей хотелось уязвить его в ответ.

Заподозрив, что дело пахнет не только потерей значительной суммы, Михар осторожно отошёл от опасного шкафа и настороженно уточнил:

— А это тут причём?

Оно, впрочем, и так прекрасно сходилось: получается, она предполагала, что он будет танцевать… под вот эти вот мягкие перезвоны диковинного дорогого механизма?

Поворот беседы Михару не понравился. Он не собирался танцевать в принципе, и тем более — под звуки этой… шкатулки.