Путеводная звезда (псевдоним: Тата Орлова)

Желания узнать ее лучше это нисколько не умаляло.

- Что бы сделала? – свел он к переносице густые брови. – Будь одета, как вы, отходила хлыстом.

- Отходила хлыстом? – не поверила я. – Но за что?

- Потому что граф учил ее, что дворянин никогда не позволит грубости по отношению к благородной даме. А уже если позволил…

- …то это – не дворянин, - закончила я за него. – И ей приходилось…

- …отхаживать хлыстом? – на этот раз уже Иван продолжил мой вопрос. – Да. А одного даже на дуэль вызвала.

- И что? – Ни я, ни Иван, не отвлекались от происходившего на площади перед почтовой станцией.

- Граф, когда узнал, долго смеялся, но запрещать не стал, попросил только не убивать. Так и эту его просьбу Алевтина выполнила по-своему. Пуля чиркнула по мочке уха. 

- Теперь понятно, почему Георгий мне о ней не рассказывал, - хмыкнула я, но тут же нахмурилась. Разговор Трофима и Раевского явно пошел на повышенных тонах. – Иван?! – не то спросила, не то просто выдохнула я.

- Ждем, я сказал! – грубо бросил он, но на меня так и не посмотрел, продолжая следить за магом.

Тот как раз сдвинулся, вроде как приглашающе повел рукой.

Раевский, по-дружески ударив Трофима по плечу, сделал шаг к карете…

- Иван! - теперь имя помощника графа прозвучало стоном.

- А вот теперь вперед! – огрел он мою лошадь хлыстом.

Та вылетела из-за кустов, за которыми мы скрывались, на дорогу и галопом устремилась к почтовой станции.

- Алевтина! – зычно заорал он мне вслед.

Я, радуясь, что верхом сидела вполне уверенно, наддала еще:

- Догоняй! – разнесся по округе мой веселый смех. – Ату ее! Ату!

- Алевтина! – вновь донеслось из-за спины. Я оглянулась – Иван не явно, но придерживал лощадь, увеличивая расстояние между нами.

- Ату ее! Ату! – завопила я радостно. 

Ветер бил в лицо, заставляя пылать щеки. Азарт смешивался с удивительно приятным чувством, когда под тобой сильная, хорошо объезженная лошадь.

Реальность вернулась вместе с неожиданно «надвинувшейся» на меня почтовой станцией. 

Воины, кинувшиеся навстречу, бросились врассыпную, когда я влетела на площадь и довольно резко осадила лошадь, едва не поставив ее на дыбы.

- Трофим?! – вскинулась удивленно, когда лошадь, прогарцевав, замерла почти у самой кареты. – Трофим! – заверещала восторженно, перебросив ногу через седло.