Путеводная звезда (псевдоним: Тата Орлова)

- Ты говоришь об этом так уверенно, - я качнула Аленку, уснувшую у меня на руках. 

- Просто вы подумали о другом, госпожа графиня, - сметливо заметил он. 

Я посмотрела на мужчину, стоявшего рядом со мной. Военная выправка была заметна даже под простой, пусть и добротной одеждой.

- Да, наверное, - кивнула я, вновь переведя взгляд на озеро. Так было значительно спокойнее.

- Вам не о чем беспокоиться, Эвелина Федоровна, - Иван, похоже, счел, что сказанное им было неубедительно. – Барон Метельский не пойдет против Алексея Степановича.

- Мне об этом известно, - вздохнула я. 

Еще одно воспоминание.

В тот вечер мы с Георгием сидели в каминной. Уютно потрескивал огонь, за окном гудела вьюга. Мама Лиза вязала, устроившись в кресле-качалке. Я – читала книгу, муж изучал какие-то бумаги.

Вопрос сорвался с губ сам. Ни повествование легкого романа, ни сама обстановка к нему не располагали.

«Кого бы из своих знакомых ты назвал образцом для подражания для нашего будущего ребенка?» - спросила я тогда, посмотрев на Георгия.

Тот не раздумывал ни мгновения, тут же произнеся имя графа Горина. 

«Человек чести», - сказал он, с улыбкой посмотрев на меня. 

«И большого сердца», - добавила матушка Лиза, так и не оторвавшись от своего занятия.

Но запомнился мне разговор не только этим, но и рассказом, как Алексей Степанович спас жизнь наследному принцу. Особо этот случай при дворе не афишировали – его Высочество тогда проявил опасную беспечность, что совершенно не умаляло заслуг Алексея Степановича.

Как отблагодарили графа за спасение отпрыска, Георгий не упомянул, но дал понять, что полученным привилегиям можно было и позавидовать.

- Но вас это все равно не успокаивает, - с легким сожалением заметил Иван, оглянувшись на пригорок, на котором мы расположились.

После той встречи с отрядом Раевского, мы останавливались еще дважды, давая отдых лошадям и себе. 

Этот раз был третьим.

- Я – мать, - заметила я, невольно прижав Аленку чуть крепче. Дочери моя излишняя забота не понравилась, она закряхтела, но тут же успокоилась, стоило ее качнуть. – Когда вернется Трофим?

- Да вон он! – кивнув в сторону рощицы, за которую убегала дорога, ответил Иван и первым направился к карете.

Я, постояв еще минутку – вопреки словам бывшего денщика Алексея Степановича на душе было тревожно, последовала за ним.

Все-таки женское сердце, оно другое.