Невеста на полчаса

Помочь сбежать, следить за ее жизнью издалека, оберегать и никому никогда не рассказывать, что маленькая принцесса вернулась в свой мир, навсегда покинув тот, откуда пришла ее мать. Я мог все это сделать, но проблемы начались еще в самом начале.

Вместо того чтобы бояться, кричать и плакать, Дарини пыталась отодрать у меня чешую! Настолько ужасно пела весь полет, что я пожалел. Себя. Но этого ей показалось мало, и тогда она решила, что приземляться в одиночестве скучно. Пришлось оборачиваться и падать вместе с ней, с трудом удерживаясь от того, чтобы не придушить ее.

Дерзкая, наглая, невоспитанная, дикая! Ее запах и без того сводил с ума, а потому эмоции выворачивали наизнанку. Я поспешил поскорее убраться, но надолго оставить ее не мог.

Стоял под ее окном, устанавливая усиленную защиту как раз в тот момент, когда она решила, что ей пора бежать. Эта несносная девчонка снова упала на меня, немало разозлив и колкими фразами, и внешней невозмутимостью. Но больше всего меня злило поведение Ирарнаса, который вдруг оказался в то самое время и в том самом месте.

Не откладывая надолго свой план, я решил, что Дарини просто нужно как следует напугать, чтобы подтолкнуть в правильном направлении. Однако в первый раз она бессовестно скинула меня с дерева, а во второй – в центральном зале, при знакомстве невест и женихов – нагло дерзила и отдавила мне все ноги, нисколько не убоявшись ни моих жестов, ни моих слов.

Раздражала. Выводила из себя одним своим существованием. Хотелось схватить и просто выкинуть ее за пределы Дарконии, а уже там поучить манерам и уму-разуму, но эмоции удалось взять под контроль.

Каждое мое слово, каждое мое действие было направлено на ее спасение. Изо всех сил подталкивал к правильным выводам, к побегу, который мог для нее организовать, но Дарини словно не слышала меня. Не хотела слышать.

Еще на балу я понял, что она знает гораздо больше, чем показывает, но сильнее меня волновал ее запах. Он усиливался, а потому срочно пришлось применять меры, посылая ей корзины с едой, которая была насквозь пропитана безвредным, но очень полезным зельем. На его разработку у меня ушло шесть лет, однако до конца оно все равно не заглушало ее запах.

Он чудился мне даже во сне. В тот день, когда я впервые принес ей корзину с едой, случилось еще одно впервые.