Академия колдовских сил. Прятки с демоном

Лица адептов вытянулись, губы сложись в букву «о». Малица приосанилась и стрельнула глазами на лорда, едва сдерживая смех. Теперь ситуация казалась ей донельзя забавной. С саламандрой тоже ведь почтительно здоровались, раз она вместе с ректором. Невольно почувствуешь себя знатной особой.

— Я заметил, — усмехнулся ректор, когда адепты скрылись из вида. — Огонь и есть огонь.

— Ну, демоны тоже не ледяные. — Малица намекала на вспышку лорда ти Онеша в Закрытой империи.

Ректор качнул головой в знак согласия.

— И все же пора взрослеть, Малица. Можно мне сегодня называть вас по имени?

— Можно, — разрешила саламандра и уже серьезно добавила: — Я умею быть взрослой, милорд, только…

Она ненадолго замолчала, подбирая слова.

— Я недавно стала совершеннолетней, и мне хочется насладиться последними безмятежными годами в жизни. После Академии их не предвидится. Начнется работа, в которой нет места веселью, но много труда, боли и смерти. В жизни тоже придется всего добиваться самой.

— Ну, не все так мрачно, Малица! — ректор бережно сжал ее ладонь в своей. — Заверяю, взросление — это не одна сплошная ответственность.

— Именно ответственность, милорд, — возразила саламандра и осторожно высвободила руку. — Я это прекрасно поняла, когда лорд Эльмар шан Теон объявил охоту на моих родителей. И когда лорд Эльмир шан Теон убивал милорда-проректора, я тоже должна была ему помочь. Именно потому, что стала совершеннолетней и не могу больше стоять в стороне, не должна бояться и прятаться.

Лорд кивнул, не став спорить. По-новому смотрелась Малица с этим грустным выражением лица, когда без шаловливой улыбки рассуждала о долге. Прекрасная будущая Ведущая! А ребячество — пикантная изюминка. В минуту опасности Малица действительно умела преображаться, хотя, честно, лучше бы иногда не лезла в самую гущу событий. С той же Дикой охотой. Именно из-за саламандры и своего непутевого приятеля лорда Шалла, возомнившего, будто ректор сам не справится с врагом, глава Академии едва не навлек на себя гнев императора.

— Ничего, — ректор ободряюще похлопал саламандру по плечу, — никто не отберет у вас удовольствие от жизни.