Ах, какая женщина или Дарт Вальбурга

Все-таки ничто так не поднимает настроение, как зрелище мучений твоих… друзей, да. Ведь они с Кеноби не только родня, но и друзья.

Короткое общение с Вейдером тоже порадовало, удалось-таки принудить к миру еще одну систему, где закон о гуманитарных грузах трактовали в свою пользу, а не в пользу тех, кому груз и предназначался. Ученик, сверкая гордостью через парсеки, хвастался свершениями своего молодого протеже. И это тоже был положительный момент в развитии Энакина. Пусть его привязанность к претенденту на ученичество была дефектной и сильно отдавала звериным собственничеством, но и это уже немало, учитывая, что ранее у Вейдера не было и такого.

Вечер уже замаячил на горизонте, когда Император решил, что можно и отдохнуть. Мысли, в последнее время, посещали несколько тягостные. Медитативный зал был хорошо экранирован, даруя возможность побыть наедине с собой. Шив выпустил Силу, позволяя себе ухватить ею как можно больше. Сдерживаемый океан мощи хлынул во все стороны, а через минуту сначала дворец, затем и сектор, а после и Корусант задышали в унисон с его дыханием.

Человек ощутил, как насторожились многочисленные родственники, прислушиваясь к его состоянию, а затем выдохнули и чуть расслабились, осознавая, что Император не гневается, а лишь медитирует. Дарт Сидиус прислушивался к себе и галактике. Он и сам не мог понять, чего, собственно, ищет, но он искал. А затем… просто ждал. Тянулись минуты, складываясь в часы, а часы растягивались в бесконечность.

В какой-то момент Сидиус перестал ощущать собственное тело. Затем пропало и присутствие столичной планеты. А вот после, пропало и ощущение Силы. Его словно мягко унасило куда-то. Агрессии он не чувствовал, а интуиция вещала, что все правильно. Император позволил чужой воле подхватить себя, уже догадываясь, кого увидит.

И нет, Дарт не угадал. Да, его вынесло на сам Мортис. Легендарная планета-невидимка, имеющая всего четырех жителей, а на деле даже сам Шив лишь смутно ощущал, что же это за существо.

Разноцветные глаза на сероватом лице давно погибшей цивилизации буравили Шива очень недобро, обещая все возможные кары, а затем и на трупе попрыгать.