Наиль. Маг и попаданец

Здесь же, по-видимому, каждый был сам за себя. Конкуренция? Хотя, собираться в группы всё равно приходилось: без музыки танцевать и петь сложно. Вполне себе творческая атмосфера, если не обращать внимание на мрачные фигуры охраны, чьи заклейменные лица и черные доспехи попадались на каждом перекрестке.

Где искать девушку, которую пленили злобные портальщики?Наиль пытался найти переход в женский гарем, но постоянно возвращался на одну крытую круглую площадку. Столовая? По центру стоял круглый же стол с фруктами и сладостями, а вокруг — вдоль стены —низкие диванчики и ажурные столики, за которыми можно было перекусить в перерыве между репетициями.

Наконец он сдался и примостился в столовой, в простенке на декоративной колонне, верхушку которой венчали странные животные — то ли львы, то ли собаки странной породы. Невидимый никому, Наиль оседлал скульптуру и, уперев локоть в голову льва, смотрел и слушал «богему». Молодые парни возрастом от шестнадцати до двадцати с небольшим (на его взгляд) обедали чем бог послал, а точнее — тем, что разносили на подносах слуги — безмолвные и как будто бесполые существа в серых балахонах, закутанные в них с ног до головы.

Богема вкушала: кто молча, кто — негромко переговариваясь, кто-то — смеясь.Рядом с Наилем двое о чем-то спорили, кажется, танцор хотел побыстрее ритм, а музыкант напирал на классику и не соглашался.

Вдруг раздался насмешливый голос Пантеры:

— О, наше солнышко решило не умирать больше от голода?

Наиль поднял голову и увидел в проеме новенького. Сердце заколотилось. Она. Его спящая красавица. Золотые локоны выбивались из-под расшитой каменьями шапочки, не скрывая длинных — до плеч — серёг. Парчовый топ с короткими рукавами закрывал тело под горло, но не скрывал голый живот. Объемные шаровары создавали видимость юбки в пол.

Сердце жалостливо сжалось при виде черных браслетов и ошейника и заплаканного лица с темными кругами под глазами, но «солнышко» упрямо сжимала губы.

— Танцевать-то умеешь или петь? — продолжал насмешничать Пантера. — Или только истерики закатывать?

— Мой отец — князь! — Девушка гордо вскинула голову. — Я не могу пресмыкаться перед какими-то слабоумными...