Секретарь дьявола

– Я-я-е ко-ко джамба, я-я-е, – напевая, я двигала бёдрами и руками, ведя зигзагами наш паровозик.

Мы смеялись, пели: кто громче, а потом, когда музыка умолкла, поаплодировали друг другу.

– Ты знаешь, я счастлива, – обратилась к Даниэлю, который ещё секунду назад стоял рядом. – Дэн? – недоумённо обернулась, но Повелителя не было видно, только море гостей в масках…

Сильные руки обняли меня со спины: я сразу поняла, что эти руки чужие, и хотела закричать, но мне зажали рот, а через мгновение сомкнулась темнота.

Казалось, я потеряла сознание.

Глава четырнадцатая. Для кого-то хорошая, для кого-то не очень

Если я в коме, тогда почему же так больно? Вроде ведь не пила вчера, под поезд не бросалась… а чувство, словно меня в комбайн засунули, а потом в центрифугу положили. Хотя это, скорее всего, последствия той штуки, из-за которой я ушла в бессознанку.

Воспоминания вечера ворвались разрушительным вихрем, заставляя сердце стучать галопом, отдаваясь в висках. Все стенания по поводу самочувствия мигом отошли на второй план.

Царица пришла в себя и жаждет мести! Раздражение, ярость, обида – чувства душили, укрепляя желание схватить похитителя и долго, со вкусом, отравлять его существование. И много ума не надо, чтобы догадаться, кто мой похититель и у кого, собственно, руки лишние.

Мои глаза всё ещё закрыты, но я ощущаю присутствие рядом. Запах чужого парфюма раздражает, как и тихое, размеренное дыхание.

Резко открываю глаза и бью ладонью, стараясь дотянуться до наглого лица в качестве отвлекающего манёвра.

Я никогда не занималась единоборствами, да и с мальчиками не дралась, поэтому не могу объяснить, откуда такая кровожадность. Может, чувство самосохранения проснулось? А может, взбесил тот факт, что меня лишили романтичного вечера с Повелителем, на который я рассчитывала?

Не знаю что, но меня толкнуло наброситься на ангела, словно разъярённая фурия. Я дралась, как умеет женщина, а именно: царапалась, кусалась, рычала и даже таскала мужчину за его шевелюру.

В какой-то момент я повалила его на кровать, обмотав галстук вокруг шеи, и вполне вероятно, задушила бы, если бы ангел не вышел из ступора.

В этот момент я поняла, как это было глупо: драться с мужчиной, да ещё бессмертным. Адам легко скрутил меня и спеленал простынёй. А чтобы я не визжала, как поросёнок, которого живьём пускают на бекон, оторвал край наволочки и затолкал мне в рот на манер кляпа.