Невесты дракона-императора

– Чуть не пропустила все!

– Тише! – шикнула на них Лили. – Слушайте, что ее светлость говорит.

Графиня Дэву была одета в роскошное платье цвета молодой листвы, ее высокую прическу украшали живые цветы, и мертвые, надетые на булавку бабочки.

Похоже было, что она только что закончила справляться о том, как спалось девушкам, и в каком они пребывают настроении, и теперь с воодушевлением рассказывала о том, какой чудесный и удивительный подарок подготовил для них дракон-император.

Еще несколько дней назад Агата сгорела бы от восторга, но теперь слова графини лишь заставили ее зябко поежиться, хотя в согретом утреннем свете дворе не было холодно.

– Итак, мои дорогие! – протянула графиня Дэву, наслаждаясь нетерпением девушек, когда один из служителей, подошел ближе, направив, исходившее от вещательного кристалла, розовое сияние на ее лицо. – Итак, его величество приказал устроить бал!

От поднявшегося визга у Агаты заложило уши. Сидевшая возле нее Магда вцепилась рукой в ее бедро, так, что Агата ойкнула и с трудом разжала ее пальцы.

– Магда, ты чего?

– Бал... Ты слышала? Бал. Я ни разу не бывала на балах, и думала, что и не побываю никогда. Такое только в сказках бывает. А теперь, теперь и я словно в сказке.

– Лишь бы нас снова не заставили самим шить себе платья, – прошептала Исора.

– Тише вы! – снова приструнила их Лили.

Лидия сидела молча, осоловело хлопая глазами, а Пинны с ними не было.

Судьи сняли с Пинны все обвинения в порезанных платьях и подкинутых в туфли осколках фарфора, объявив о том, что все это совершила Мира, но никто не верил тому, что она, действительно, была невиновна.

Пинна снова, как и в самом начале, сидела одна за трапезой и в одиночестве гуляла по саду. Никто не хотел ни заговаривать с ней , ни даже сидеть рядом.

Агате было даже жаль Пинну. Она всегда казалась ей добросердечной и чистой юной госпожой, и, все же, порой самые невинные создания прячут за маской благочестия самые острые зубы.

Агата прекрасно видела это на примере Вероники. Сводная сестра всем казалась нежным цветком, и очаровывала людей одним только сияющим взглядом, что не мешало ей тайком щипать Агату, пока никто не видит, и портить ее игрушки. Закончилось все тем, что она увела у Агаты жениха.

Сразу две девушки – Петра и Лидия, указали на Пинну, обвинив в порче платьев и подброшенных в туфли Исоры осколках фарфора.