Неудача в наследство

Лёгкая усмешка промелькнула на бледном лице, а в памяти мелькнуло воспоминание о том, сколь много усилий пришлось приложить, чтобы в родной усадьбе ему стали заваривать подобный чай. Не разбавляли кипятком настоявшуюся заварку, не забеливали молоком или сливками, а подавали именно таким – свежим, крепким, чёрным, с капелькой апельсинового сока, с долькой лимона, щепоткой толчёного мускатного ореха, сахаром и щедрой порцией коньяку. Слуги до сих пор шептались по углам, что он на чужбине странного нахватался и чудит.

Зато каждый глоток буквально возвращает к жизни. Голова болит всё меньше, расслабляются сведённые плечи, даже ушибленный зад доставляет меньше неудобств. Михаил вздохнул, ноздри защекотал коктейль ароматов, а в голове вспыхнуло очередное воспоминание, о том, как щекотно было от выбившихся из причёски Кречетовой волос. С этой барышней он встречался дважды, и оба раза Михаил терзался головной болью. Если он обречён на подобные мучения и в дальнейшем, то что станется с ним ко времени окончания пари?

Михаил мотнул головой, прогоняя непрошеное видение, распахнул глаза и в два приёма допил оставшийся напиток.

В дверь робко стукнули.

– Да?

– Михаил Николаевич, гость к вам, – голос Степана звучал глухо и опасливо.

– Гость? – уточнил Михаил.

– Андрей Дмитриевич прийти изволили.

– Ну так проси! – крикнул Михаил, оправляя халат.

В голосе его слышалось облегчение, от известия, что в этот раз никаких барышень в его дом не врывалось, и в то же время – нотка разочарования, по этой же причине.

Андрей показался на пороге спустя пару мгновений. Взъерошенный, помятый и в той же самой одежде, что щеголял вчера вечером у княгини.

– Одна-а-ако… – протянул Михаил при виде гостя и приглашающе махнул рукой. – Присаживайся.

Андрей смущённо улыбнулся, повёл плечами и грузно опустился в жалобно скрипнувшее под ним кресло.

– Ты что, домой не заезжал? – поинтересовался Михаил.

Андрей мотнул головой.

– И не спал.

Кивок в ответ.

– И не ел.

Смущённая улыбка.

– Та-а-ак… Степан! – гаркнул Михаил.

Степан тут же возник на пороге, преданно и испуганно сопя.

– Вели, чтоб перекусить чего-нибудь подали. На две персоны.

– Сей момент!

Степан попятился, угодливо кланяясь.

– Чай с коньяком не забудь! Тоже на двоих! – крикнул ему вслед Милованов.

– Мне коньяк можно и без чая, – устало вздохнул Андрей и потёр ладонями лицо.

– С утра?

Бровь Михаила изогнулась знаком вопросительным.

– Я спать не ложился.