Неудача в наследство

Знак, что она когда-то давно зажгла на крышке, светился слабо и неуверенно. «Обновить бы», – отстранённо подумала она. Ромадановский тронул замочек, и медальон с тихим щелчком раскрылся. В голове у Аннушки тоже что-то щёлкнуло, и она воскликнула:

– Знаки!

Князь вскинул на неё взгляд, резко превратившийся из устало-задумчивого в сосредоточенно-цепкий.

– На медальоне я Знак активировала, – тихо заговорила Аннушка: – На поясе, что на Настасье был, я Знаки для неё зажигала…

– Помню, – ободряюще кивнул князь. – В отчёте о том было.

Аннушка потупилась.

– Он расшалился во время трапезы. Я его успокоила, сонный Знак на боку нарисовала.

– Сонный? – удивлённо приподнял бровь Ромадановский.

– Тот, что крестьянки младенцам на лбу рисуют, чтобы спали слаще, – окончательно стушевалась Аннушка.

– Творчество народное, – пренебрежительно фыркнул Порфирий Парфёнович.

– Изобразите!? – то ли уточнил, то ли приказал Леонтий Афанасьевич, пододвигая к Аннушке чистый лист бумаги и чернильницу с пером.

Аннушка, не чинясь, быстро нарисовала завиток, которому её давным-давно научила нянюшка.

– Такие на рубашонке вышивают ещё, – пробормотала она.

– Интересно, – протянул Ромадановский, вглядываясь в рисунок. – Зря вы, коллега, столь скептически настроены. Посмотрите сами. Ежели сюда силу влить…

– Да откуда у крестьян сила! – негромко буркнул Порфирий Парфёнович.

– Ну, дар сословий не ведает, да и не о крестьянах речь. У Анны Ивановны дар в наличии, а Знак интересный… Вы, голубушка, может, ещё что подобное знаете? С удовольствием бы лекцию по этому поводу послушал.

– Клапана Нартова? – недоуменно переспросила Аннушка.

Ромадановский осёкся, пристально посмотрел на неё, затем перевёл потяжелевший взгляд на Порфирия Парфёновича, тот выглядел встревоженным, но не виноватым.

– Обучением Анны Ивановны не я занимался. Я даже на экзамене не присутствовал.

– Я училась у дальней родственницы. С матушкиной стороны, – поспешила пояснить Аннушка.

В разговор вступил и Иван Петрович:

– Супруги моей двоюродная тётка, Пульхерия Лосева, ноне сестра Мария, из Пустыни Шестиликой, Аннушкой занималась. Три года у нас проживала, учила. Сертификат выдала. Документы о том имеются.