Неудача в наследство

Я думал, мне с недосыпу мерещится! Я ж несколько ночей трактат Пирли читал… Я не знал, что это дар… Я вообще не думал, что в одной семье двое видящих одновременно могут случиться…

– Это да, это ты прав… Редкость неимоверная, – кивала полупрозрачной головой бабушка.

Ольга же, не слыша и не видя её, но догадываясь, о чём она толкует, спросила у сестры:

– А ты почему дар у брата не заметила? Я думала, вы, видящие, сразу друг друга замечаете...

Аннушка развела руками.

– Не сразу. И не всех. Когда дар просыпается, он нестабильный, горит всплесками, иной раз вовсе прячется.

– Это ты длань Шестиликой имеешь ввиду?

– В том числе. В нашем храме – это длань Шестиликой, где-то – око Трёхликого, след Девятиликого… Дети их при входе в храм всегда касаются…

– Я думала, это обычай просто, – призналась сестра.

– Отчего? Отец Авдей не раз о том сказывал.

– Ну я его не слишком слушать люблю, ты знаешь. От его речей в сон клонит.

– А мой дар обнаружился, когда мы в Крыльск с папенькой и бабушкой ездили. Ты мала была, с маменькой дома осталась. Мы в храм зашли, я след только тронула, там так сверкнуло! В нашем храме потом тоже дотрагивалась, чтобы ошибку исключить… Отец Авдей посмотрел, как оно всё мигает, и наказал мне больше длани не касаться, а то я эдаким представлением ему каждый раз службу срывать буду.

Николенька внимательно прислушивался к словам сестры. При упоминании световых эффектов на его лице промелькнуло столь лукавое выражение, что и сёстрам, и бабушке стало ясно: следующий его поход в храм будет ярким.

– Николенька же в храме, почитай, месяц не был… Так ведь? – уточнила Аннушка.

Брат кивнул.

– Но сейчас же он бабушку всё время видит, значит, не мигает дар, – продолжала допытываться Ольга.

– Не мигает.

– После приступа не мигает. Но ты его ведь после приступа не заметила. Его бабушка вычислила! Почему?

Аннушка руками развела:

– Может, потому, что и у меня примерно в это время приступ был? Я не слишком хорошо себя чувствовала… Вообще на Николеньку взгляд видящего не бросала…

– А Ольга-то права! Странно это всё, – задумчиво произнесла Александра Степановна. – Всё-таки у меня все внуки умом не обижены. Слава богам, не в родителей пошли.