Неудача в наследство

Глава 36. Спящее предчувствие

– Половину дня тебя дожидался! – стрекотала Ольга. – Мы уж с маменькой и не знали, чем гостя развлекать, чем потчевать…

Аннушка бездумно кивала, на её губах мелькала лёгкая чуть рассеянная улыбка, которая выдавала, что старшая из сестёр не слишком прислушивалась к щебету младшей. Прошедший день был долог, а сон накануне – короток. Хорошо хоть утренний разговор с отцом не затянулся. Иван Петрович посмотрел на бледную Анну, заглянул в её запавшие от недосыпа глаза, оценил глубину теней под ними и, понятливо похлопав дочь по плечу, споро собрался в поездку.

Сперва наведались к Андрею Дмитриевичу, конечно, правильнее было бы везти заявление не заседателю, а самому судье, но Фёдор Николаевич не вызывал ни у Аннушки, ни у Кречетова-старшего ни малейшего желания лишний раз с ним встречаться. К тому же путь до Крыльска был неблизок, терять четыре, а то и пять часов на дорогу в одну сторону было откровенно жаль. Как и возвращаться домой в ночь или вовсе на следующий день, поскольку маловероятно было, что судья в шестицу на рабочем месте окажется.

Андрей Дмитриевич заявление принял, по всей форме зарегистрировал и обещал завтра же судье передать.

Затем был почтамт. Высокий каменный флигель. Герб на больших воротах. Широкий двор, окружённый деревянными сараями для лошадей и экипажей. Здесь находилась и почтовая станция, и небольшой гостевой дом, который, впрочем, пустовал большую часть времени. В главном зале мебель не изысканная, но надёжная и чистая. Толстенная книга для регистрации почтовых отправлений лежала на конторке, за которой стоял маленький сухонький человечек с редкими волосёнками и мечтательным взором, воздетым к потолку.

Иван Петрович кашлянул, и человечек, вздрогнув, встрепенулся, оглянулся и угодливо расстелился перед посетителями.

– Нижайше прошу… необычайно радостно лицезреть… со всем своим старанием и изо всех своих сил… – из уст его вылетало множество слов, сплетающихся в тончайшее кружево пустой болтовни.

А уж после того, как человечек узрел адрес на плотном конверте, эти словесные кружева стали ещё ажурнее, а лицо человечка утратило изрядную долю красок.

Специальный комитет при особе Его Императорского Величества занимался делами видящих, но и у обычных людей даже простое упоминание о нём вызывало дрожь. Аннушка усмехнулась, глядя на то, как служащий почтамта нетвёрдой рукой выводит буквы в регистрационной книге, и подумала, что люди вообще любят подрожать по поводу и без.